Пружина для мышеловки

Обычно-то я в роли хозяина нет-нет да и выйду в кухню что-нибудь принести-унести, нарезать-отрезать, подогреть-разогреть, а сегодня я прочно и добросовестно болел, полулежа на диване, чтобы не сползал компресс, и сделать что-то, что укрылось бы от моего внимания, Валька просто не мог, даже если бы очень захотел.

– Коты смотрят… – задумчиво проговорил он, глядя куда-то в пространство.

– Смотрят, – холодно подтвердил я.

– Они кушать хотят.

И чего это старшие участковые такие жалостливые?

– Они кормленые. Все, что им положено, они уже получили.

– Но ведь смотрят же… Мне прямо кусок в горло не лезет. Может, дать?

– И думать не смей. Убью сразу, – пообещал я. – Не смотри на них, они специально душу выматывают. Давай лучше к делу вернемся.

Валька с тяжким вздохом надкусил очередной бутерброд. Вид у него был такой покаянный и пристыженный, словно он отбирал последний кусок у голодающего нищего в неурожайный год.

– Я еще того милиционера нашел, – сообщил он с набитым ртом.

– Которого?

– Ну, о котором твоя писательница рассказывала. Якобы знакомый Шляхтиной. Раздобыл полный список людей, работавших по убийству коллекционера на улице, прошелся по этому списку, обзвонил тех, кого смог разыскать. В общем, работы провернул – гору. Времени-то много прошло, у всех уже в памяти все стерлось, пришлось искать ходы и поднимать оперативные документы. Короче, поквартирный обход в доме, где произошло убийство, осуществляли два человека: местный участковый и опер с территории. Участковый погиб много лет назад, в машине разбился. Так что одна надежда остается на того опера, – Семенов полистал блокнот, – Забелина Юрия Петровича. Проживает в Москве, работает начальником службы безопасности банка «Русский кредит». Какие будут указания? Мне к нему идти, или ты сам?

– Валь, ну чего ты спрашиваешь, как будто я твой начальник? – возмутился я. – Тебе же деньги платят, не мне. Вот и работай.

– Ну да, я наработаю, а ты опять что-нибудь нароешь, – вполне резонно возразил он. – И вообще, зачем ты меня на это дело подписал? Взялся бы сам. Тебе что, деньги не нужны? И времени у тебя больше, ты ж бессемейный, не то что я, многодетный отец.

У Вальки было двое детей, но он считал, что по нынешним трудным временам это очень много.

– Я не могу брать деньги у Мусатова, – хмуро объяснил я.

– Почему? Из-за Юли?

Валька на правах близкого и давнего друга был, разумеется, в курсе моей идиотской и такой неуместной влюбленности. Он сочувствовал мне, но при этом искренне и твердо был убежден, что я не прав.

– Ну да. Она с ним вместе, понимаешь? Если я буду брать у него деньги, мне все время будет казаться, что я беру их и у нее тоже. То есть как будто не только он меня нанял, но и она. А я не хочу чувствовать себя нанятым девушкой, которая мне нравится.