Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона

Решил, раз он весь из себя такой герой, то ему все можно?"

"Я уже набрала воздуха в легкие, чтобы ответить: «У меня совесть слишком дорогая и одного кольца ей явно мало, а вам дюжины — жалко, поэтому стоит разойтись!» — это был бы оптимальный вариант, ибо гордо задирать нос и утверждать: «Я не такая и не продаюсь!» — все равно что дразнить быка, в смысле мага, красной тряпкой. Мне же нужно было от этого Умара просто избавиться. Лучше всего в таком случае, чтобы не обидеть — назвать цену, которую чародей не готов заплатить. Но Брок опередил меня.

Тяжелая рука дракона легла мне на плечо, потом он, подняв голову и глядя глаза в глаза чародею, твердо произнес:

— Моя жена ни к кому в комнаты не пойдет.

— Тогда, может, пойдет вдова? — изогнув бровь, вопросил Умар.

И по этому высокомерному стервецу вздыхала Ярика? Да упаси ее Небо от такого супруга! Это же концентрированная сволочь!

Надменный взгляд, не лицо — высеченный из мрамора лик, в котором душевности и тепла не больше, чем в баллоне со сжиженным азотом; острые скулы, поджатые губы… Этот красавчик-драконоборец считал, что он в своем праве.

Напротив него — в обманчиво-непринужденной позе замер Брок. Дракон напоминал мне клинок, который не покинул ножны лишь потому, что сталь извлекают на свет тогда, когда готовы искупать ее в крови, а не для устрашения.

Йон напряженно переводил взгляд с одного на другого.

Я неосознанно положила ладонь на руку дракона то ли в бесплодной попытке удержать, то ли ища поддержки.

Мы, четверо, замерли. А между нами застыла громовым молчанием вот-вот грозившая грянуть буря.

На секунду мне показалось, что время тоже застыло. Кадром. Фреской. Миг превратился в вечность. Даже пламя одного из драконов, которое ящер вдруг выдохнул из своей глотки, замерло в воздухе. Праздные зеваки и вовсе напоминали изваяния, застывшие посередине спора, смеха, шага, вдоха.

Меня накрыло ощущение дежавю: точно такой же миг застывшего безмолвия был перед тем, как прорвало плотину. Только сейчас треснет не дамба, а мужская выдержка. И даже не важно у кого: у мага или у дракона. Итог один — слетит заклинание, Брок, защищаясь, обернется.

В противостоянии лучшего драконоборца и, собственно, дракона погибнут все, кто случайно оказался рядом. А за ними — и сам Брок. Но и осудить ящера я не могла. Как бы я повела себя, если бы передо мной оказался виновник смертей близких мне людей? Да к тому же если бы этот кто-то потребовал ради забавы мою подругу.

Уж точно не смогла бы спокойно смотреть на убийцу. Прикусила щеку изнутри. Думай, Лекса, думай! В моей голове была каша, которая, увы, в качестве пищи для ума или хотя бы почвы для идей не годилась.