Интервью для Мэри Сью. Раздразнить дракона

Если мустанга нельзя объездить, то, может, стоит его задобрить сахарным бураком, а потом и вовсе откормить до жирка, чтобы он был не столь резв? В смысле, может, в беседе с Броком зайти с другой стороны?

— Хорошо, — начала я миролюбиво, даже ладонь поверх все еще державшей меня руки положила. — Тогда не мог бы пояснить: почему ты на меня сердит?

— Потому что я мужчина. Это я должен решать проблемы, добывать пропитание, защищать…

— А еще кричать в порыве страсти: «Ар-р-р, моя!» — и в гневе: «Молчи, женщина!» — закончила я за него.

Дракон удивленно моргнул, будто увидел перед собой привидение. Мне же все стало предельно понятно. Ящер, похоже, на своей шкуре впервые в полной мере познал синдром сломавшегося олимпийца.

Когда ты еще вчера — чуть ли не надежда нации, привык идти только вперед, побеждать, несмотря ни на что, вести за собой… а сегодня вдруг оказался в инвалидном кресле и тебе подносят к губам стакан воды.

Разум отказывается верить телу и кричит: «Я могу!» — бьется в силках парализованных мышц. Душа горит пламенем отчаяния: ты не смог, подвел всех и в первую очередь себя. Вот тогда-то с головой накрывает злость.

Брока я в этот момент понимала. Но тут же в моей временами весьма рационально мыслящей черепушке возник вопрос: почему дракон ощутил все это только сейчас, а не тогда, когда сидел в клетке?

— Зачем я должен кричать «Ар-р-р»? — Вопрос Брока выдернул меня из размышлений.

— Ну, так обычно кричат все властные му… мужчины. — Я поправилась в последний момент, впрочем, не упомянула, что сей вопль гориллы, словившей в ягодицу заряд соли, мужики издают в основном в женском воображении.

— Странные, однако, слова любви в тех местах, откуда ты пришла. — Брок намеренно опустил слово «мир».

«Не верит», — в груди кольнула обида."

"— У тебя тоже странные, — не преминула подколоть в ответ. — Должен, обязан… Что ты должен — это отдавать налог в казну, что не должен — это заповедано Многоликим. — Я припомнила имя местного божества, прикинула, что у того в религиозном загашнике наверняка есть парочка табу типа «не укради, когда можешь честно обмануть». — Все, за сим обязательная часть заканчивается. Остальное ты вправе выбирать сам.

— А если я выберу тебя? Не спрашивая твоего согласия… — Голос Брока вдруг резко сел.

Проверяет? Провоцирует? Говорит правду? Хочет уйти от неприятной темы? От этого дракона можно ожидать всего. Его губы снова изогнулись в усмешке, и я поняла: все же провокатор! Ну, ящерица крылатая, держись!

— Тогда у меня тоже будет выбор: сражаться, поддаться и обхитрить — или принять. И если выберу последнее, — я прильнула к Броку так, что мое дыхание коснулось его лица, — то прижмусь к тебе, трону языком губы, укушу жадным поцелуем.