Две полоски для мажора

Не знаю, сколько проходит времени прежде, чем я пластилиновыми руками хватаюсь за стену и снова поднимаюсь на ноги."

"Я дрожу до стука зубов. И когда встречаюсь со своим отражением в зеркале висящим над раковиной, то отшатываюсь от себя же со слезами.

Всклоченные волосы прилипли к щекам, которые уже каким-то образом успели стать впалыми. А тёмные круги под глазами вообще пугающе выделяются на фоне белых, потрескавшихся губ, которые просто сливаются с поганисто бледным цветом лица.

И по мне ползет такая жалость к самой себе, что душевая заполняется не только шумом воды из-под крана, но и моим всхлипами. Это вообще когда-нибудь кончится?

Но как бы там ни было, Громов раз и навсегда вычеркнут из моей жизни. Даже несмотря на то, что теперь во мне есть крохотная часть и его самого.

От этой мысли прокатываются по коже мурашки. Я все ещё плохо верю в происходящее, хоть оно в прямом смысле выворачивает меня наизнанку.

Кое-как умываюсь и на ослабевших ногах плетусь обратно к Насте. Где-то в голове стучит мысль, что скоро вторые сутки, как я без еды. Все съеденное мной долго во мне и не сидит. Я должна поесть хоть что-то, но делаю всего пару шагов к Настасье, все еще сидящей на моей кровати.

Потому что перед моими глазами ее становится двое. может, даже и целых три Насти. — Лика, ты чего? — голос соседки глохнет у меня в ушах с каждой секундой.

А потом я даже не успеваю испугаться, когда все меркнет передо мной, как по щелчку. Звуки.

Ощущения.

И свет...

Глава 15

Марк

— Марк, ты оглох что ли? — получаю размашистый удар по своей ноге под столом от Дениса, сидящего напротив.

Морщусь и наконец отлипаю от гипнотизирования окна огромного в столовой, за которым все утро шпарит дождь. Октябрь мать его...

— Ну чего? — недовольно поворачиваюсь к Поляку, который с упоением уминает какой-то салат и поглядывает на меня исподлобья.

— Я третий раз спрашиваю, какие планы на сегодняшний вечер? Хотел к тебе завалиться. В ПС-ку погонять, там новая игруха вышла.

— Не кайф, — вздыхаю я. — Если честно, то думал просто повтыкать дома один.

— Один? — от приторного щебета за спиной аж вздрагиваю. — А как же я, Марик?

Не дав мне опомниться, Карина усаживается к нам за столик рядом со мной. Ее ладони с длинными острыми алыми ногтями уже тянутся к моему лицу, обхватывают его и приближают к своим таким же алым губам. Едва успеваю увернуться и подставить под поцелуй щеку. Но даже этого хватает, чтобы в нос шарахнул этот ядовито приторный аромат ее парфюма.

Карина чмокает меня в скулу, а я, скривившись, отшатываюсь в сторону.

— Блин, Кара, поменяй духи, — шумно отфыркиваюсь от душного запаха, слипшегося с воздухом вокруг.

— Это ещё почему? — растерянно бормочет она, сложив руки на свои колени, как провинившаяся школьница.