Крылья для ведьмы

Ну, кроме одного: какую же участь уготовил Дэниель своему брату.

Если честно, я все равно до конца не верила в происходящее. Да, я лично видела Дэниеля, слышала его слова. Но в глубине души тлела робкая и, наверное, глупая надежда, что все это неправда. Неужели Дэниель и впрямь такой хладнокровный отъявленный мерзавец, что готов убить собственного брата?

— И что теперь будет? — негромко спросила я.

Артен тяжело вздохнул. Потянулся, неприятно хрустнув костяшками пальцев, и неспешно поднялся из кресла.

— А теперь посмотрим, что же задумал мой сын, — сказал он.

Спокойно так сказал. Без малейшего намека на гнев или раздражение. Но мне почему-то заранее стало жаль Дэниеля.

ГЛАВА 3

— Будешь рыпаться — оглушу сразу же, — сурово предупредил меня Артен в сотый, наверное, раз.

— Да я и не собиралась, — в сто первый раз огрызнулась я."

"Мы опять были в покоях Рауля. Заняли для наблюдения самый дальний угол комнаты, надежно укрытые куполом невидимости, созданным Артеном. И то и дело ежилась, когда колючий рукав камзола ректора магической академии ненароком задевал меня. Если честно, было как-то неловко стоять в столь непосредственной близости от мужчины. Демоны, да я даже его дыхание чувствовала на своей щеке! Но отступить подальше не смела. Артен при первой же моей попытке сделать шаг в сторону приглушенно рявкнул, чтобы я и думать об этом забыла. Мол, чем меньше пространства занимает маскирующее заклинание, тем меньше шансов, что его обнаружат. И вообще, он разрешил мне присутствовать лишь по доброте душевной, поэтому лучше не испытывать его терпение.

Угу, как же, по доброте душевной… Да я почти разрыдалась, уговаривая его взять меня сюда! Готова была на колени пасть, потому как прекрасно понимала, что в противном случае все самое интересное пройдет мимо. И далеко не факт, что потом мне кто-нибудь расскажет, чем же все закончилось. Куда вернее обронят снисходительное пожелание не лезть в серьезные государственные дела.

Как ни странно, но стоило только первой слезинке повиснуть на моих ресницах, как обычно невозмутимый и суровый на вид мужчина явно растерялся. Я внутренне возликовала, поняв, что нащупала слабое место Артена. Еще несколько слезинок, приглушенные всхлипывания — и он сдался. Хмуро выудил из кармана носовой платок, упорно глядя куда-то поверх моей головы, протянул его мне. И сквозь зубы процедил, что так и быть, он возьмет меня с собой. Однако слагает с себя всякую ответственность в том случае, если со мной что-нибудь произойдет.

— Ни звука, Оливия! — прошипел Артен. — Если я почувствую, что ты собираешься вмешаться, тотчас же парализующими чарами ударю. Ты онемеешь и ослепнешь. Превратишься в настоящую статую, даром что из плоти и крови.