Крючок для пираньи

На постели лежала одежда, в углу негромко, женским голосом бормотал репродуктор:

— …Тиксонского порта объявили голодовку, требуя выплаты зарплаты…

— Кейса я что-то не вижу, — тихо констатировал Кацуба. — Ну, мог спрятать куда-нибудь…

— Смотри, — сказал Мазур. — Там и трусы лежат, и носки, все ненадеванное, чистенькое.

Кацуба оглянулся на него. Уловив, должно быть, мысль, кинулся в прихожую, куда выходила дверь ванной. Осторожненько потянул.

Дверь оказалась незапертой изнутри. Ванна была старомодно огромной, сущий бассейн из тех времен, когда про «хрущевки» и слыхом не слыхивали, больше даже, чем в номере Мазура. Свет горел, судя по легонькому парку, вода была еще горячей — и в ней покоился Илья Михайлович, уставившись на незваных гостей остекленевшими глазами. Вода покрывала его лицо на пару сантиметров, аккуратно подстриженные волосы легонько колыхались.

Достаточно было одного взгляда. Кацуба попятился, толкнул Мазура, и они живенько вывалились в коридор, по которому как раз шагал незнакомый тип при галстуке. Иностранец он там или свой, но покосился подозрительно.

Кацуба моментально обернулся и громко сказал с таким видом, словно обращался к кому-то живехонькому, оставшемуся в номере:

— Раньше надо было думать, морда пьяная, где я тебе сейчас презервативы найду? Эй, мужик, у тебя презервативов нет? Я бы купил.

Тип при галстуке вздрогнул, сбился с шага, пробормотал что-то на языке родных осин и бочком-бочком удалился.

— Ничто так не обезоруживает человека, как простой, житейский вопрос… — проворчал Кацуба, захлопывая дверь. — Пошли отсюда. Совершенно ни к чему нам его «находить», мы его в глаза не видели, вообще не знаем…

Паша быстренько побросал инструменты в сумку, и они без лишней спешки, но и не медля, покинули место происшествия.

— Ну вот, — сказал Кацуба на лестнице. — Как и в прошлый раз, никто не пытался нас впутать и подставить. Умиление берет от такой заботы… интересно, чем расплачиваться-то придется за столь теплое отношение?

— Значит, он к микрофонам отношения не имеет… — протянул Мазур."

"— Да уж, надо полагать. Укоротили немножко человечка, чтобы не совался поперед батьки в пекло… Ну, соколы, соберитесь. Пойдем потрошить слухачей. Они сейчас в буфете сидят, этакая симпатичная молодая пара. Супруги, понимаете ли. По паспортам. Пока Вова вчера рыцарственно утешал даму, я, циник этакий, беззастенчиво пошарил в столе, благо там все было не заперто, все бумажки напоказ… Некие Неволины из города-героя Москвы, поселились за пару дней до нашего приезда. Горничной, надо полагать, сунули денежку, чтобы пореже копошилась в номере, а она и рада, дура, что работы меньше…

— А может, дождаться их и душевно побеседовать? — выдвинул идею Мазур.