Капкан для Бешеной

Даша ограничилась тем, что отправила машину по вырванному у девчонки адресу – чтобы привезли паспорт. И пошла посмотреть, как идет работа.

Ребята Граника как раз сняли то самое подслушивающее устройство, на котором Даша подловила Калюжного. И заверили, что клопик до самой своей ликвидации работал на передачу. Что Дашу ничуть не огорчило, наоборот – чем быстрее беклемишевские орлы узнают, что она захомутала Камышана, тем лучше…

Появились понятые – как и в случае с Маргаритой, самые что ни на есть аристократы, мужского пола и женского, но на сей раз из разных квартир. Покорившись неизбежному, брезгливенько принялись взирать.

Даша подошла к выходящему на балкон окну, старательно задернула тяжелые однотонные шторы. Перехватив вопросительный взгляд Паши, сказала:"

"– Шерлок Холмс в подобной ситуации признался, что боится духового ружья… – Заметив, что Камышан навострил ушки, добавила погромче: – Усекаете, клиент? Вам не приходило в голову, что вас за ненадобностью можно и списать?

Понятые воззрились на нее с пугливым удивлением. Что до Камышана, он отнесся к выдвинутой гипотезе наплевательски. Положил ногу на ногу, выпрямился:

– Курить можно?

– Бога ради, – сказала Даша.

– В чем вы меня все-таки обвиняете?

– В совершении уголовно наказуемого преступления, – скучным голосом ответила она, как отмахнулась. Улова первое время не было – самым криминальным из всего барахла оказался фасонный нож с деревянной рукояткой, златоустовская работа, продается практически легально. А поскольку из нового УК хранение холодного оружия как-то незаметно вылетело, на сей шаткой основе ничего путнего не построишь. Лезвие выглядело идеально чистым.

– Совсем забыл, – сообщил Камышан. – Я этим перышком давеча трех человек зарезал…

– Зарезали – посадим… – ответила Даша, не оборачиваясь к нему. – Валяйте, чего там, вам, как обвиняемому, уголовная ответственность за дачу ложных показаний все равно не грозит, так что резвитесь пока…

И резко развернулась к закурлыкавшему телефону. Вишневого цвета аппарат оказался с автоответчиком, она, еще не сняв трубку, замертво впечатала в память высветившийся номер. Камышан дернулся было, но Паша, нежно опустив ему на плечи могучие лапищи, припечатал подопечного к спинке кресла.

– Але-у! – нараспев произнесла Даша.

– Вячика позови, лапа, – попросил уверенный мужской голос.

– Вячик в ванне плещется, – сообщила она совершенно раскованно. – Только что полез…

– Катя?

Она хихикнула:

– Не припомню что-то…

– Я вас тоже.

– Ну ладно, зови.