Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

Вальгард становится со стороны головы девушки и раскрывает ладонь, концентрируя пламя в её центре. Огненный шар разрастается, а затем вытягивается и проворной змейкой перетекает на макушку пострадавшей. Это магический огонь, он не трогает ни волосы, ни одежду, а тонкой плёнкой распространяется по коже. На лице девушки золотая маска, не скрывающая её черт. Пламя ползёт дальше, ныряет под платье, появляется на кистях и стопах. Теперь в руках Криса золотая статуэтка; надо сказать, очень красивая. Но огненная плёнка мерцает, и, кажется, она вот-вот погаснет. Синие волны Хаоса на руке Кристера становятся ярче, а взгляд снова делается осмысленным.

— Ещё не всё, — говорить ему трудно, но он продолжает с привычной язвительностью. — Поддай жару, Валь. Тебя что, наложницы плохо греют?

— Адриана, — зовёт Вальгард, протягивая свободную руку, и голос его срывается от напряжения.

А я испытываю укол ревности. Он впервые называет мою истинную просто по имени, а она с готовностью вкладывает свои пальчики в его раскрытую ладонь. На мгновение теряю контроль, и не успеваю отследить, как именно Адриана передаёт силу, но кожа девушки, заражённой Хаосом, вспыхивает ярче, и огненная плёнка ускоряет свой ток, охватывая и тело Кристера.

Только сейчас я чувствую Хаос. Здорово же он замаскировался. Тёмная ледяная субстанция сжимается внутри тел Криса и его истинной, пытаясь избежать прикосновения огня, но пламя уже внутри, и тварь мечется в поисках лазейки. Яркий сполох.

Не сразу понимаю, что всё закончилось. Вижу только, как оседает Адриана, и успеваю подхватить её прежде, чем это сделает Вальгард. Она моя. Я буду о ней заботиться.

Кристер тем временем бережно опускает свою женщину на стол перед собой и соединяет руки: синий Хаос смешивается с бело-золотистым. Он что, успел собрать вырвавшийся огонь?

Смяв его в ладонях, будто снежок, Крис замахивается и швыряет его в окно, которое, звякнув, выпускает во двор вспыхнувший светоч какого-то необычного оттенка. Сейчас мне нет до этого никакого дела. Меня беспокоит Адриана.

— Что с ней? — рычу я, глядя на бледное лицо и посиневшие губы.

— Всё в порядке, — отрывисто говорит Вальгард, оглядывая своих неподвижных пациентов. — Много сил ушло. Поспать ей надо. Уноси."

"Я не успеваю выйти со своей драгоценной ношей, как Крис уже приходит в себя. Его взгляд становится осмысленным и тут же наливается яростью.

— Какого Хаоса она без сознания, — рявкает брат.

— Как же я от всех вас устал, — отвечает Вальгард. — Хаоса нет. Всё позади.

Но Крис и сам уже начинает это понимать. Он смотрит на свою истинную расфокусированным взглядом, и уголки его губ поднимаются вверх.

Впервые я вижу на лице старшего брата не язвительную гримасу, а счастливую наполненную теплом улыбку.