Истинная для Ледяного Дракона. Княгиня Южного предела

 — Войдите!

Появляется Стилс, а из-за его плеча выглядывает Ларита.

— Помоги госпоже переодеться, — властно говорит он моей служанке. — И быстро. Через полчаса она должна быть у меня в кабинете.

Глава 21. Разум или гормоны?

Ох, нелёгкое это дело — противостоять дракону.

Едва Ларита, укутав меня в накидку, выводит в коридор, накатывает слабость. После того, как я в третий раз спотыкаюсь, служанка подаёт мне руку и говорит с сочувствием:

— Обопритесь на меня, госпожа, вы еле держитесь на ногах.

На всём пути до покоев навстречу не попадается ни одного человека. Когда меня провожали на завтрак, я видела и слуг, и нескольких человек в военной форме, и двух дам в расшитых блестящими камешками платьях. Сейчас же в коридорах пусто — словно метлой всех вымело. Неужели это не случайность, и Айварс позаботился? Под просторной накидкой не разглядеть, как я одета или, точнее, раздета. Но очень сомневаюсь, что хоть что-нибудь осталось от причёски после того, как дракон растрепал её своими лапищами. Любой встречный сразу поймёт, что девушку знатно поваляли на сеновале.

И что с того, что я никого не знаю в этом замке? До того момента, как я попала в этот мир, мне за все мои двадцать два года не приходилось столько краснеть, сколько за эти сутки. А если не получится вернуться домой и придётся здесь обустраиваться? Хорошенькая репутация у меня будет."

"И при этом, идя по пустым коридорам, я отлично понимаю, что всего лишь тешу себя иллюзиями. Если я никого не вижу, это не значит, что никто не видит меня. Но пусть пока хоть так. Мне нужно время, чтобы адаптироваться.

Поста возле моей комнаты тоже нет. Надеюсь, из-за моих неосторожных слов всех четырёх стражей не сошлют в какие-нибудь дали дальние. Я, конечно, разозлилась тогда из-за предложения парня, но теперь, после того как князь распустил руки, начинаю понимать, что гвардеец был предельно вежлив. Обижаться уж точно не стоило.

В покоях нас встречают уже знакомые Энни и Арна.

Минутка позора — когда с меня снимают накидку, и платье, которое я больше не придерживаю, сползает с плеч.

Я это воспринимаю именно как позор, ожидая охов и понимающих взглядов. Но никакой реакции на лицах. Разве что показалось, что в глазах Арны мелькнула зависть. Померещилось, скорее всего.

— Госпожа, — говорит Энни, — ваши красивые штучки высохли.

Я с удивлением принимаю из её рук мои слипы и бюстгальтер. Надо же как быстро. Я только сегодня утром перед самым выходом постирала их на скорую руку. Даже не отжала, как следует, а они идеально сухие.

— Здесь есть специальный шкаф, — поясняет Ларита, заметив моё удивление. — Работает на магическом артефакте. Любая вещь высыхает в течение одной минуты. Без этого было бы трудно. С тех пор, как в Айсгард пришёл Хаос, у нас почти круглый год зима.