Мама для подкидышей, или Ненужная истинная дракона

Ты нужна будешь мне в школе днем. Заодно покажешься Гидеону.

Я не услышал, что она говорила. Что-то о методах обучения… Расскажет завтра. А сейчас ей хорошо бы убраться. Барьеры Элис уже, кажется, научилась ставить и удерживать, но… мало ли. У меня самого едва хватало сил на то, чтобы удерживать щит. У меня есть еще немного времени для того, чтобы его укрепить — прежде чем приступ накроет меня с головой.

— Что с тобой? — спросила вдруг Элис. — Это… тебе больно? Я не…

— Это. Не. Твое. Дело.

Только ее жалости мне не хватало.

Встав с кресла, я подошел к двери и дернул ее на себя. Двигаться приходилось на ощупь, потому что перед глазами все плыло и темнело. Но я радовался хотя бы, что могу стоять.

Вроде бы. Мир вокруг не радовал четкостью.

— Потренируйся сама вместо того, чтобы лезть в мои дела.

Щиты, Элис, займись щитами.

— Я могу как-то помочь? — в ее голосе было столько сочувствия, что меня передернуло.

— Делай то, что я сказал. И избавь меня, пожалуйста, от этого тона.

Надеюсь, я хотя бы говорю это вслух, потому что не до конца осознавал даже себя. Хотя чувствовал, что Элис рядом. Мой дракон ее чувствовал. Скребся изнутри, как запертый пес, скулил, и хотел к ней.

Идиот.

Чтоб тебя, Элис, убирайся! Я не видел живых истинных пар. Я почти ничего не знаю о том, как работает наша связь.

Оставалось несколько секунд до того, как меня окончательно накроет болью, и я надеялся только на то, что в этот раз все не закончится тем, что я на месяц окажусь на больничной койке.

В любом случае, мне нужно позаботиться о том, чтобы укрепить ментальный барьер: надеюсь, он поможет закрыть боль от Элис. Не даст ей почувствовать то, что на меня вот-вот свалится. Да ей даже отголоска хватит, чтобы начать кататься по полу! А она — хрупкая.

Нужно сосредоточиться, взять себя в руки, усмирить магию, — а для этого Элис должна убраться и перестать меня отвлекать.

— Ну!

— Конечно. Как я могла подумать, что тебе нужно мое сочувствие.

Элис вылетела в коридор, хлопнув дверью.

Перед глазами отпечатался только рыжий всполох волос — а потом я уже ничего не видел.

Элис

Мудак. Козел. Урод. Да как меня угораздило⁈

Кипя от злости, я вошла на кухню и принялась переставлять с одного места на другое тарелки, чтобы чем-то занять руки.

Одну, естественно, разбила.

Как я могла вообще всерьез подумать о том, что этому самодовольному индюку нужно хоть чье-то сочувствие? Что ему не плевать на то, что я думаю о его школе — и вообще? Да ему безразлично даже, с кем иметь дело, со мной или с той Элис, которая погибла! Истинная — и ладно! Как будто я кусок мяса с меткой, а не человек.

Разбив вторую тарелку, я громко ругнулась и направилась к двери, рядом с которой стояла метла. Жизнь под одной крышей с драконом — не повод для того, чтобы оставлять повсюду осколки.