Игра не для слабых: Наемник

Спустя минут пять, а может и десять, после того как меня отпустили, оба показались на ступенях, ведущих в великий собор. Вид у них был совершенно ошалелый.

— Генри, — громко крикнул бард, быстрым шагом направляясь в мою сторону, — Мать твою семь раз через колено, как же я рад тебя видеть. Я уж было подумал, что мы увидимся теперь только на праведном суде.

— Да уж, — ухмыльнулся Вернон, достаточно бодро ковыляя следом за бардом, — Я тоже думал, что не выберусь оттуда живым.

— Рад что получилось иначе, — устало вздохнул я, вставая с каменной скамейки, — А теперь идём в гнилую селёдку. После всего того, что мы сегодня пережили, мне надо выпить. Даже нет, не так. Ужраться в усмерть.

— Ты расскажи для начала, что произошло, — продолжал настаивать бард, поравнявшись со мной, — Хотя-бы вкратце.

— Вкратце… Я нашёл нам армию.

— Вот как. И что же это за воинство, — поинтересовался доковылявший до нас Вернон.

— Святое воинство.

Глава 24 «Язык силы»

До «Гнилой селёдки» мы добрались уже затемно. Вернон не мог быстро идти, хотя раненой рукой уже научился двигать более-менее свободно. Даже вытащил из-за пояса фальшион и пару раз им взмахнул, приноравливаясь к новым ощущениям. Получилось недурно. Сёстры милосердия ордена и врпямь сотворили настоящее чудо поставив парня на ноги буквально за один день. А ведь рана была сёрьёзная. Выходит, чему-то эти святоши всё-таки научились с последней войны.

Мне тоже не хотелось бежать. День оказался черезчур длинным, и после него на плечи тяжелым грузом легла усталость. Усталость и какая-то апатия что-ли. Мне было уже плевать чем закончится авантюра со свержением местного лорда, какое дерьмо принесёт нам завтра. Хотелось просто выпить, и чтобы день уже побыстрее завершился.

По пути нас несколько раз останавливали патрули стражи. Ансельм оказался прав. Они проверяли грамоты и внутри города у тех, кого не знали или считали слишком подозрительными. Но, при виде бумаги, подписанной самим епископом, теряли весь свой гонор и старались скрыться из виду как можно скорее. Церковь в этом городе имела авторитет. Авторитет вполне определённого толка.

В предместья нас тоже выпустили без каких либо проблем. Стража у ворот, которая когда-то прогнала нашу маленькую кампанию от них ссаными тряпками, поначалу попыталась нас арестовать, но при виде охранной грамоты церковников, как-то поникла, а их старший даже попытался извиниться. Это было настолько неловко, что на какой-то момент я чуть было не почувствовал себя одним небезызвестным российским политиком прошлого.

— Как там Тур, кстати, — поинтересовался я, когда привёл свои мысли в порядок.

— Точно сказать не могу, — покачал головой Вернон, — Ему постоянно дают маковое молоко, чтобы не чувствовал боли.