Игра не для слабых: Капитан

— Где гарантия, что этот «голос богов» не попытка пробиться в их сознание и навязать свою волю? — продолжал напирать лекарь, — Где гарантия, что во время очередного своего «экстаза» им не придёт в голову мысль, перебить нас всех? Тебя, Генри, как магика, а нас — как твоих пособников. А ведь им могут её внушить. И это более чем уложится в их картину мира, так что они даже не поймут, что это была не их мысль. А когда поймут — будет уже поздно. Орды тварей придут за ними.

Спорить с ним было трудно. Если Вернон прав, и если храмовники действительно чем-то упарываются, то это и впрямь крайне опасно. Им даже не обязательно что-то внушать — они сами таких дел могут натворить, которые станут просто последним гвоздём в крышку нашего гроба. А если уж их подтолкнут… Мда, уж, ситуация становится веселее с каждым днём. Мало нам было внешней угрозы, мало нам было противоречий внутри отряда, теперь к ним добавились паранойящий Бернард и торчки-храмовники. И если к здравому рассудку капитана ещё можно воззвать, то с бойцами ордена уже все очень неоднозначно.

— Я кажется, тебя понял, — кивнул я, — Мы, похоже, единственные, кто может заняться этим вопросом. Бернарду тоже можно было бы сказать, но мне кажется, он наломает дров. Они с Дельрином… сразу начали не сходиться во мнениях. Оба, пусть и не озвучивают этого вслух, но хотят взять руководство всем отрядом на себя. А тут такой повод подорвать авторитет храмовника. Это тоже приведёт к конфликту."

"— Согласен, — кивнул Роберт, — Я тоже заметил, что он постоянно тянет одеяло на себя. Нас он вообще не воспринимает, как соперников. Впрочем, Генри вроде и не претендует. Но Дельрин… Не могу сказать, что Бернард под него не копает. Ничем хорошим это точно не закончится. Похоже, сейчас мы должны действовать сами.

— Давайте-ка начнём с того, что зайдем в какую-нибудь комнатку, запрёмся и обсудим по существу, — предложил я, открывая дверь, которая была ближе всего к нам, — Этот разговор точно не годится для случайных ушей.

Внутри комнаты было пусто и пыльно. В дальнем её конце стоял старый, сломанный стеллаж, а у стены лежала разбитая табуретка. Я не стал особо заморачиваться, подпёр дверь одной из её ножек, уселся прямо на пол, возле стены и потёр виски. Голова противно ныла. Похоже, в последнее время на неё свалилось столько забот и новостей, что она просто не могла с ними справиться.

Я шумно выдохнул и протёр глаза. Немного полегчало, но противная, ноющая боль не спешила отступать. Надо бы хорошенько выспаться. Но выспишься тут, блин, с такими кошмарами во снах, и ещё худшим абсурдом, который твориться наяву.

— Ты в порядке? — сухо поинтересовался Вернон, усаживаясь напротив.

— Более-менее. Голова только болит, — отмахнулся я, — Грёбаные кошмары опять спать не дают.