Идеальна для меня

Это обычная шалость, вышедшая из-под контроля, Конрад. Ничего более.

Еще до потери сознания вспомнила наш первый разговор о возможном аллергене — в библиотеке, на втором этаже пентхауса. Сабина и Артур якобы спали, в чем сейчас я очень сомневалась. Но была готова поверить, дескать, девочка просто хотела вызвать у меня прыщи или высыпание с чесоткой. Но совершенно точно не смерть.

— Возвращайся, — снова проговорил Конрад, вырывая меня из тревожных мыслей обратно в суровую реальность. Я отряхнулась, промокнув свободной рукой капли пота на лбу, и двинулась с места. Только не в свою постель, а совершенно в другую. Ту, что была ближе, и в ту, где я чувствовала молчаливый призыв о помощи. Ту постель, где я действительно была сейчас нужна.

Конрад заметил мое приближение, когда я уже оказалась в двух шагах. Он повернулся ко мне со сведенными на переносице бровями и спутанно прошептал:

— Что ты делаешь?

Мне было тяжело стоять на месте, слабость в теле граничила с дикой сонливостью. Так что, вяло пожав плечами, я не стала размениваться на сантименты и спокойно присела рядом с Конрадом, заглядывая в серые глаза. Сейчас они казались светлее, чем обычно. Видимо, вблизи свет падал иначе, как-то по-особенному.

— Возвращаюсь в постель, как ты и просил, — оставив капельницу в стороне, я осторожно пристроилась рядом с Шульцем. И хоть постель выглядела слишком огромной для одного человека, для двоих места явно не хватало. Пришлось положить голову мужчине на плечо и устроить руку с катетером на его голом животе. Только в тот момент я поняла, как сильно он напрягся. Ощетинился.

— Ты не должна быть тут, — прохрипел он растерянно. Кажется, не дыша.

— Не должна, — прошептала я ему в тон, ощущая бешеное сердцебиение Шульца и то, как воспылало его тело. — Но ты ведь хочешь, чтобы я здесь сейчас была, верно?

Конрад молчал долго, и я замерла, ожидая его приказа уйти вон, оставить его в покое. Это убило бы меня. Мои смелые глупые порывы быть с ним здесь и сейчас. «Почему ты вообще решила, что твое присутствие сделает ему приятно? Глупая, самонадеянная идиотка!» — пожурил меня внутренний голос, издевательски смеясь. Прикусив губу, я зажмурилась, чтобы не заплакать. Горькое отчаянье вылилось на голову ушатом ледяной отрезвляющей воды.

Стало холодно. Так чертовски холодно, что пробрало до костей. И единственное, что я ощущала, — как тело мое падает на самое дно бездны.

Спустя вечность он выдохнул резко и облегченно, будто принял для себя какое-то решение. Дал вольную. Позволил расслабиться. Рука мужчины легла мне на талию, осторожно прижимая к себе, словно страшась сделать что-то не так, а затем его губы уперлись в мой лоб.

— Естественно, я хочу, чтобы ты была рядом, — выпалил он отчаянно, с некой досадой и недовольством.