Идеальна для меня

Кажется, представление устроило Артура, потому как он вдруг резко отряхнулся и натянул такую очаровательную дерзкую ухмылочку, которую взрослые мужчины приберегали на случай, если хотят заарканить девушку. Он не глядя вытянул из вазы с цветами розочку и, подойдя ко мне, положил ее рядом. После чего буквально одернул мою руку от пачки с макарон и театрально протянул:

— Артур Шульц у ваших ног…

Я посмотрела на Барбару округлившимися глазами, дескать: «Им точно семь? Не семнадцать?» А та лишь многозначительно пожала плечами. «Это ведь отпрыски Конрада, чего ты еще ожидала?» — говорил ее взгляд.

— Отвянь от нее, Артур, — застонала Сабрина, закатывая глаза и цокая языком. — Не позорь меня.

Мальчик тут же покраснел и отвел взгляд. Мне стало неловко, и я дрожащими пальцами подняла розу и даже понюхала.

— М-м-м… Прекрасно! — выпалила я и тоже залилась румянцем.

«Соберись, Браун! Ты смогла провести переговоры с пятьюдесятью людьми на разных языках мира, но не знаешь, как общаться с детьми? Серьезно?!» — отряхнул меня внутренний голос. И, натянув улыбку, я испуганно прошептала:

— Рада с вами познакомиться.

Артур с Сабиной странно многозначительно переглянулись, будто догадывались о чем-то, ведомом только им двоим, а затем просто присоединились к приготовлению ужина. Барбара уже давно соорудила основную часть, а маленьким поварам оставалось лишь порезать овощи и сварить яйца.

— Мистер Шульц настаивает, чтобы мы приобщали детей к домашним делам, — шепнула мне на ухо няня, которую, как оказалось, звали Шани. — Они убирают дом, занимаются готовкой. Естественно, все под четким руководством и надзором.

Я задержалась на кухне слишком долго и решила остаться на ужин, чтобы не привлекать к себе повышенное внимание. Артур с Сабиной производили полное впечатление взрослых людей, общающихся на совершенно не детские темы: политические новости, обсуждения исторических событий…

— Каждый из них знает пять языков: немецкий, французский, испанский, русский, корейский и, естественно, английский, — самодовольно заявила Шани, чем заставила меня с грохотом уронить ложку с супом в тарелку. Капли разлетелись по скатерти, и я тут же вскочила с места к тряпке, решив быстро все исправить.

Когда я вернулась за стол, Сабина многозначительно выгнула бровь и странно протянула:

— Вас это так удивляет, Эмми Браун?

Совершенно невероятно, но и от детей Конрада по моему телу роем бегали мурашки. Все-таки харизма передалась им прямиком от отца.

— Очень, — без колебаний заявила я, понимая, что неосознанно попала под обстрел.

— А почему так? — девочка оперлась на стол, будто прожившая множество тяжелых лет женщина. — Вы не знаете пять языков?

— Я знаю семь, — признаться, этим фактом я всегда гордилась.