Единственная для Хранителя Закона

Неужели я настолько скучная? Или…

Присмотревшись, я вдруг различила в окружающей его силе бледные пятна.

— Ты только что колдовал, — выдохнула я. — Что-то мощное! Почему ты не пошел отдыхать?

А он просто посмотрел на меня и улыбнулся.

— Так, может, я сейчас отдыхаю? Эйлин, мне приятна твоя забота, хоть и непонятно, как именно ты догадалась…

— Так это же видно, — оторопела я и рукой показала на обесцвеченные пятна, — вот же. Вот и вот.

Ответный взгляд Гела был еще более недоумевающим, чем мой.

— Никто не может видеть чужую магию. Целителям для этого требуются особые артефакты или заклинания.

— Я не вижу, как магия течет по твоим каналам, я вижу общий флер, — возразила я. — Общие цветовые разводы.

Моргелин только плечами пожал.

— Не слышал о таком.

Занеся книгу Деми и Карин, мы ненадолго задержались: Гел немного рассказал о героях Севера. О богах и о том, как впервые было создано Зеркало Теней.

Мое солнышко не хотела его отпускать, но Карин бдит за распорядком Деми куда строже, чем я. Так что книга была принята с благодарностью, а мы вежливо отправлены на дальнейшую экскурсию.

Которая чуть не окончилась визитом к целителям: я запнулась об осколок камня, валявшийся посреди коридора.

— Прости. — Гел успел поймать меня. — Кажется, я серьезно запустил замок.

— Кажется, да. — Я утопала в его светлых колдовских глазах.

И мое стремление держаться подальше от всех любовных переживаний стремительно таяло. Моргелин был тем, кому не страшно отдать свое сердце. Вот только… Яркая, талантливая Арлетт, красивая и опасная Нольвен — мне-то куда? Скучная, осторожная, слабая, вежливая до приторности и неконфликтная. Ах да, еще и зануда, но это уже профессиональное. Проектировщик зелий не может быть легкомысленным.

«Все, что во мне есть красивого и необычного, — волосы», — промелькнуло у меня в голове.

— Ты можешь изменить здесь все, что захочешь, — сказал вдруг Гел и положил мою руку на сгиб своего локтя.

— Ты настолько не любишь это место?

— Я выжег комнату, в который жил… В которой она держала голема. — Моргелин пожал плечами. — Здесь красивый сад, а по осени яблоки просто медовые. Но жить здесь… Невозможно.

И в этом последнем слове было столько отвращения, столько ненависти к этому месту, что я, подавшись вперед, спросила:

— Тогда почему ты здесь живешь?

— Я Хранитель Закона, — просто ответил он.

— Сделай это место официальным, посели здесь своих людей. Оставь для себя покои, кабинет и что еще нужно для работы. Ты же можешь открывать порталы.

Он посмотрел на меня странным долгим взглядом.

— Обычно мне советуют перестать страдать и начать действовать.

— Я потеряла свою дочь совсем ненадолго. И я знала, что она жива, что целы мои щиты, свитые в кокон вокруг нее.