Двойное чудо для генерального (СИ)

— Ты, наверное, не поняла, я дарю тебе помещение под кондитерскую.

— Это ты Артур, похоже, не понимаешь, — она склоняется чуть ближе ко мне через стол, смотрит прямо в глаза, в ее взгляде ярость и решимость. — Я не хочу ничего от тебя, кроме честного разговора о наших детях. Ты думаешь, что можешь купить меня этим помещением? Думаешь, что это решит все проблемы? Но я не продаюсь. Я просто хочу, чтобы ты наконец-то принял ответственность за свои поступки.

Я смотрю на неё, чувствуя, как внутри нарастает боль и отчаяние. Она права, я пытался всё уладить материальными вещами, но это не решит наши проблемы. Наши дети заслуживают правды и стабильности.

— Ты права, Маша, — наконец произношу я, вздыхая. — Я поступил неправильно. Я не могу изменить прошлого, но хочу сделать всё возможное, чтобы исправить настоящее и будущее. Я хочу, чтобы ты сказала детям, что я их отец.

— Не сейчас, — маска силы и независимости слетает с ее лица, сейчас она снова ранимая слабая женщина. — Мне нужно подумать как это сделать. Я ведь сказала им, что их отец…

Она осекается, не закончив мысль.

— Говори. Продолжай дальше, Маша. Ты сказала им, что их отец улетел в космос. Хорошо хоть не похоронила меня. Иначе было бы сложно объяснить, как я внезапно восстал из мертвых.

— Не паясничай, ясно? Что я по-твоему должна была сделать? — вновь заводится она. Наш разговор снова заходит в тупик.

Я выдыхаю. Стараюсь успокоиться. Я должен контролировать ситуацию и не дать ей усугубится.

Делаю глоток воды.

— Маша, ты понимаешь, что я собственную дочь не узнал на танцевальном фестивале, когда вручал ей приз? Это сводит меня с ума, — я тру переносицу, мне тяжело объяснить свои чувства. Это слишком сложно. — Я и так многое пропустил. Я хочу быть с ними каждый день.

— Не получится, — заявляет уверенно. — Я переезжаю. Покидаю этот город. Меня здесь больше ничего не держит.

— Ты никуда не поедешь, не с моими детьми! — выходит слишком громко, резко и эмоционально, потому что люди за соседними столиками оборачиваются и смотрят на нас.

Наш разговор прерывает официант. Это дает нам время остыть и собраться.

Когда мы вновь остаемся одни, я продолжаю уже более спокойно. Я не думал, что это будет так сложно. Тянусь через стол, беру Машу за руку. Она не одергивает ее, это уже хорошо. Но вздрагивает, остро реагируя на мое прикосновение. Ей неприятно, или наоборот?

— Прошу, дай мне шанс. Клянусь, я не разочарую тебя. Меня только назначили на пост генерального, я не могу так быстро все бросить и уехать. Но я так же не могу и не хочу быть здесь без вас. Клянусь, если я дам тебе хоть один повод для злости и разочарования во мне, я не буду тебя держать. Деньги не проблема, я обеспечу вас всем самым лучшим.

Она мнется. Сомневается. Не сказала сразу свое категорическое «нет» и то хорошо.