Психолог для дракона

Под куполом мелькнул портал, и повелитель исчез, а у меня чуть не остановилось сердце от ужаса: портал моего повелителя был так слаб, что искрил по краям и отсвечивал не чернотой, а серостью. Это заметил и Изумрудный Дракон и захохотал:

— У тебя не хватит сия, чтобы уйти далеко, Гленвиар! О, я уже тебя вижу!

И враг бросился за Золотым Драконом. Мой повелитель то исчезал на несколько минут, то вновь появлялся невдалеке от Изумрудного, словно играя с ним в прятки и заманивая все выше на вершину окаймляющих котлован сопок. На что онрассчитывая? То мне было еще не ведомо, но я ясно видел, что Изумрудный Дракон начинает впадать в ярость, не в силах догнать верткого соперника.

— Сколько еще повелитель сможет играть в эти догонялки? — прошептал у меня над ухом военный советник. — Его магический резерв скоро опустеет — и что тогда? Сейчас он беспомощно стоит в центре котлована, а на него на огромной скорости летит сверху Изумрудный Дракон! Почему повелитель не исчезает?! Неужели всё — магия кончилась?

Наше внимание было приковано к склону, с которого слетал вниз разъяренный Изумрудный Дракон, и мы не задумывались над вопросом, а куда, собственно, переносился наш повелитель порталами, когда покидал западный склон котлована. А стоило бы задуматься — тогда мы обратили бы внимание на волну, шедшую вниз с южно-восточного склона! Но, подобно Изумрудному, мы смотрели лишь на Золотого Дракона, стоявшего на серой гальке с поднятым вверх мечом. Вот Изумрудный на немыслимой скорости слетает вниз, выдыхая пламя… В этом пламени мелькает черный портал, проглотивший Золотого Дракона, а в Изумрудного на полном ходу врезается остервенелый Белый Дракон, который тоже гнался за повелителем!

— Иногда я радуюсь, что у драконов есть непреодолимые инстинкты, — произнес голос Золотого Дракона у меня за спиной. Повелитель вышел из портала и смотрел, как яростно его враги рвут друг друга когтями и клыками, поливают огнем и крутят смерчами. — Радуюсь редко, но такие моменты всегда незабываемы.

На лице его не было ни тени сочувствия к врагам. Да и какое могло быть сочувствие после сотен сожженных поселений, тысяч загубленных жизней? В конце неистовой схватки Белый Дракон распластался в луже крови, и израненный Изумрудный последним усилием нанес ему смертельный удар. В свете последовавшей магической вспышки он тоже рухнул на землю, а тело Белого Дракона полыхнуло ослепительно и осыпалось на землю горячим пеплом. На лице моего повелителя появилась улыбка, а магические накопители в моей сумке доверху наполнились его магией»."

"Непреодолимые инстинкты… Похоже, можно считать доказанным, что безусловные неконтролируемые рефлексы действительно имеют место. Увы, что хорошо в бою, то чаще всего непригодно в мирной жизни.