Двое папочек для дочки

А потом мальчишки сманили его и… — Лекс вдруг закрыл глаза и резко втянул в себя воздух, словно ему было больно говорить. — И мы топили его. Не просто убили, а мучили. И он плакал, такой маленький, а я… я не отставал от остальных в этом убийстве. Но потом мальчишки разбежались, а я не смог. Я сидел и держал на руках его мокрое тельце и плакал, сам не понимая, что двигало мной. Страх? Но я не боялся тех мальчиков. Удовольствия я не получал от того, что мы делали."

"— Просто ты хотел быть как они. — Прошептала я, внезапно пересохшими губами, и у меня перед внутренним взором вдруг предстали пыльные гаражи, обжигающее солнце, и маленький мальчик, плачущий навзрыд, сжимающий в руках котенка, которого убил вместе с остальными придурками.

— Да. Ты права. А потом я отнес котенка домой и все рассказал отцу. Он долго испытующе смотрел на меня, но молчал. И для меня это молчание было смерти подобно. А потом он взял меня за руку, и мы вместе похоронили котенка. Вернувшись домой, он выпорол меня. Наказал от души, я действительно, наверное, неделю не мог сидеть. Но ему было непросто сделать это. Просто так было нужно. Парадокс, после наказания мне стало легче, намного легче. Жаль, что после того, что я сделал с тобой, отец не узнал, и не повторил того наказания. Возможно, меня бы отпустило чувство вины…

— Твой отец потрясающий человек. — Я, не стесняясь, шмыгала носом. Лекс грустно улыбнулся.

— Трудно ему со мной пришлось. Но он всегда воспитывал меня настоящим мужчиной.

— Поедешь завтра к нему? — Лекс моргнул.

— Нет. Хотим встретиться на нейтральной территории. Я не хочу видеть его жену, а она меня. Ладно, хватит откровений на этот вечер. Пошли спать.

— Куда? Мне домой пора!

— Ты с ума сошла? Три часа ночи. Ты ляжешь со мной… здесь, в спальне. Понятно? — Я смущенно хихикнула, делая вид, будто не заметила прозрачного намека на постель. И на спать вместе. Лекс, кажется, включил командира.

Глава 58

— Эй, бросай свои армейские замашки. Я тебе не солдат.

— Конечно! У меня в строю еще не было таких симпатичных солдат. — Его красивое, точно вылепленное из мрамора лицо, было совсем близко от моего. Длинные черные ресницы, чуть отросшие каштановые волосы, слегка завивающиеся на висках. Лукавая улыбка играла и на губах, и в глазах, когда Лекс заворачивал меня в плед, которым я была укрыта, и хватал на руки, чтобы отнести в спальню. Так тепло и уютно было рядом с ним, что я закрыла глаза и мгновенно уснула, едва моя голова коснулась подушки. И не заметила, что Лекс еще долго стоял, прислонившись к дверному косяку плечом, и без улыбки смотрел на меня, спящую, точно впитывая каждую черточку такого знакомого, и в тоже время изменившегося, повзрослевшего лица.