Три «Д» для миллиардера. Свадебный салон

Завороженно кивает, и моя добрая девочка гладит его по голове.

– Когда мои братья набивают шишки, мама прикладывает лед. Хотите, я с вами поделюсь? Он почти целый, я съела только половину.

Молчание Дианка расценивает как согласие и прикладывает замороженный сок ко лбу Тагаева, заботливо придавив, чтобы лучше держался.

Теперь я издаю глухой стон, и охранник с удивлением на меня смотрит.

– Черт, – раздается из-под кашицы желтого цвета, – он сладкий? – Тагаев придерживает сок за палочку, и мне хочется умереть. Ну почему Давид попал именно в него?

– Значит, ты сестра? – не унимается Артур, и все трое кивают.

– Старшая, – снисходительно поясняет Давид.

– Ты? Старшая? – недоверчиво смотрит на Дианку Тагаев. – Чего ж такая мелкая?

Ди со вздохом пожимает плечами. Она давно убедилась, что мир несправедлив.

– Так она на двенадцать минут всего старше, – с готовностью уточняет Данил, и Тагаев наконец соображает.

– Вы что, тройня?

– Да, – дружно отвечает моя тройня. Или наша с ним…

Я понимаю его замешательство. Ди совсем не похожа на братьев. Артур хотел еще что-то спросить, но тут его окружают медработники с чемоданчиками неотложной помощи.

В считанные секунды Тагаева отмывают от сока, накладывают повязку, и вот уже он сурово смотрит на детей, прижимая ко лбу упаковку со льдом.

– И кто меня приложил, признавайтесь?

– Я, – делает шаг к нему Давид."

"– Покажи, – Тагаев несколько минут смотрит на опешившего мальчика. – Ну, чего ты ждешь? А то я не поверю, что такая мелочь может так ударить по мячу.

Это было то, что нужно Давиду. Доказать. Это он умеет и практикует. Давиду подают мяч, он делает шаг назад и с разбега бьет ногой по мячу.

– Левой? – удивленно отмечает Артур и переводит взгляд на Даньку. – А ты тоже так можешь?

Данил гордо кивает. По знаку Тагаева ему подают еще один мяч, и мой сын левой ногой отправляет его вслед за первым.

– Тоже левой? – Артур озадаченно почесывает макушку и снова смотрит на обоих парней. – Вы вообще чьи?

– Мамины, – с готовностью отвечает Дианка.

– И где же она?

Дети высматривают меня из-за спин охранников, и я инстинктивно отступаю назад.

– Там, – неопределенно машет в мою сторону Данил.

Артур поднимает голову и окидывает всех присутствующих грозным и сердитым взглядом.

– Чьи это дети?

Те переглядываются между собой и недоуменно перешептываются, качая головами. В воздухе звенит резкое:

– Я спрашиваю, чьи это дети?

«Твои, Тагаев, твои», – так и хочется ответить. Но я делаю шаг вперед и высоко вскидываю подбородок.

– Мои. Это мои дети.

Толпа передо мной расступается. А потом наши глаза встречаются.