Для кого цветет лори

 – Хорошо подумай, раяна, прежде чем бросаться словами. Кстати, ты недолго была бы женой Светлейшего. Уже к следующей весне с тобой случился бы несчастный случай или внезапная смертельная болезнь. Или падение с крыши. – Ножны звякнули, когда Ран пристегнул их. Узкие кинжалы легли в петли на руках. – Или ты поверила, что вы с Ошаром будете жить долго и счастливо? Напрасно, Оникс.

– А что подготовил мне ты, Ран? – тихо спросила раяна. – Думаю, что в твоем плане по завоеванию империи мне тоже отведена не слишком длительная роль. Так что ты приготовил для меня? – она усмехнулась.

Лавьер, уже полностью одетый и при оружии, подошел, провел пальцем по ее щеке.

– Пусть это будет неожиданностью, раяна, – насмешливо протянул он. – Зачем портить сюрприз? – Его палец обрисовал ей губы, спустился ниже, туда, где лихорадочно билась жилка. Отодвинулся, нахмурившись. И разжал кулак, показывая девушке кольцо из антанита. Оникс отпрянула.

– Спасибо, что сохранила, – усмехнулся Лавьер. – Мне эта безделушка дорога как память.

Он развернулся к двери.

– Захочешь в хранилище – тебя проводят. Больше никуда не ходи.

Оникс сжала кулаки. Небесные! Он только что дал ей понять, что знает все о ее жизни во дворце.

– Ты следил за мной!

Открывая дверь, Лавьер бросил на нее быстрый взгляд.

– Конечно, – его губы тронула насмешка. – Ты моя, Оникс. Тебе стоит это понять. Я не бросаю слов на ветер.

Слова на ветер? Она нахмурилась. А потом кинулась за Лавьером, путаясь в покрывале.

– Стой! Стой! Не бросаешь слов на ветер? То есть… Ты следил за мной все это время? Во дворце? А там… на берегу моря? Там тоже?

Аид посмотрел на нее через плечо.

– Лурд Гиххон слишком стар, чтобы находиться рядом с тобой долгое время.

– Что? – не поняла Оникс.

– Ты звала его Рысый."

"Лавьер захлопнул дверь, оставив раяну бессильно сжимать кулаки. Небесные заступники, как же так! Значит, и не было никакой свободы? Все это время Ран Лавьер лишь выжидал, наблюдая за ней? Сколько в этом дворце его глаз и ушей, что докладывали о каждом ее шаге? Он даже о поцелуе знает… Обо всем!

Она сжала виски ладонями, пытаясь успокоиться. Оникс откинула покрывало, которое все еще сжимала. Значит, она снова пленница?

А самое страшное, что она и сама теперь не понимала, чего хочет больше, освободиться или?..

Оникс швырнула в дверь кувшин, но легче не стало.

Глава 11"

"Чаши были наполнены ледяной водой и кусками льда. Погрузиться нужно было так, чтобы на поверхности остались лишь макушка и глаза.

Наставник стоял вне чаш, возле жаровни, и все мальчишки в тот момент его ненавидели.

– Каждый должен знать свой предел, – спокойно говорил наставник. Его не трогали ни белые лица учеников цитадели, ни скрючившиеся во льду худые тела, ни боль в чужих глазах. Его ничего не трогало.