Букет для будущей вдовы

Если тебе так интересно, мне кажется, что она просто что-то знает. Может быть, покрывает кого-нибудь.

- Ольгу Григорьевну?

- Слушай, Леха, отстань! Я ничего не думаю! У меня и так от всего этого голова пухнет. Одно я знаю точно: если б она была маньяком, то или вовсе не стала бы снимать эти репродукции со стены, либо сняла бы их заблаговременно!

На лестничной площадке хлопнула дверь. Похоже, Елена Тимофеевна возвращалась от соседки. Митрошкин наскоро вытер шею полотенцем, тряхнул мокрой головой, как собака, вылезшая из воды, и, ухватив меня под локоть, поволок в комнату.

- Слушай, но ты ведь только вчера говорила, что надо попытаться спасти доброе имя Маринкиной матери! - зашипел он мне прямо в ухо, как только дверь за нами закрылась.

- А ты и вчера и сегодня рьяно убеждал меня, что не нужно никуда лезть!

- И ты, конечно, так и послушалась?

- Да! Представь себе! А что мне - больше всех надо? Марина молчит значит, честь собственной матери её не особенно волнует, а я буду дергаться, да?"

"Леха взглянул на меня осуждающе, хотел что-то сказать, но потом махнул рукой, отошел к столу и включил магнитофон. Из колонок зловеще и ритмично зашептало ""Yellow"".

- Ты решил со мной намеками общаться? - я тоже прошла через комнату и повернула регулятор громкости к отметке ""минимум"".

- При чем тут намеки?

- Ну как? ""Yellow"" - желтый. Желтый - цвет Ван Гога. Цвет безумия, если тебе угодно.

- Отстань от меня со своим Ван Гогом! И, вообще, отстань... С тобой невозможно общаться по-человечески! Что у тебя за комплекс такой?! Знаешь, обычно страшные девки пускаются во все тяжкие, чтобы самим себе доказать, что они жуткие красавицы, и их все вокруг хотят. Вот и ты все тщишься себе доказать, что ты - умная!

- Во! А говорил, ""без намеков""! - я села на диван и двумя руками расправила край клетчатого пледа.

- Я не то имел ввиду, так что зря обижаешься... А, ну и черт с тобой, обижайся! Думаешь, меня Маринка не волнует? Думаешь, я не заметил, что с ней что-то не то творится? Дурак такой вместе с тобой пришел, чтобы пиццу пожрать и глазами похлопать!.. Ты, кстати, почему-то не обратила внимания на то, что она подозрительно веселая для женщины, которая только что потеряла мать. Такая веселая и непринужденная, что аж скулы сводит! Как будто роль наизусть вызубрила и вывалилась на сцену со стеклянными глазами: об одном думает - лишь бы текст не забыть... И про репродукции так все гладко сошло, будто у неё про них каждый день спрашивают, а она каждый день отвечает. Не растерялась, не спросила: ""При чем тут Ван Гог? Вы, вообще, о чем ребята?""

- Все правильно. Но от этого не легче.

- Почему ""не легче""?

- Потому что информации, вроде бы, много, а стержня нет. Что мы имеем? Мы точно знаем, что маньяк убил пятерых человек, руководствуясь Ван Гоговскими мотивами.