Алёнушка для босса (СИ)

так что, простите, гарантий никаких я вам дать не могу. Не ждите чуда.

- А к ней можно?

- Можно, только ненадолго.

Вид неподвижно лежащего тела, опутанного проводами и датчиками, ошеломляет меня. Неужели это она? Такая худенькая...

- Бабушка, - шепчу мягко, но ее тело не реагирует. До сих пор без сознания."

"- У нее парализованы обе ноги и одна рука, - сообщает лысый врач. - Реабилитационные процедуры мы, конечно, назначим, но бюджетная программа не включает в себя самые эффективные. Плюс рекомендую задуматься о сиделке для ухода в домашних условиях. Профессионализм очень важен для реабилитации уже прямо сейчас, и шансы с каждым упущенным днем падают. Вообще, если средства позволяют, я бы вам рекомендовал перевезти пациентку сразу в клинику нейрохирургии и неврологии...

Он говорит что-то еще, а я молчу. Чувствую себя оглушенной в свете открывшихся «перспектив». Рука сама тянется прикоснуться к морщинистой сухонькой ладони. Она еле теплится...

И у меня вдруг впервые пробиваются рыдания.

- Успокоительное вам тоже пригодится, - мужик-врач смотрит на меня с жалостью. - Будет тяжело.

- М-можно мне на ночь остаться? - умоляюще спрашиваю я. - Вдруг она очнется, а вокруг никого знакомого...

- Нельзя. Пока мы стараемся ее стабилизировать, и сестринского ухода ей достаточно. Езжайте домой, выспитесь, а утром снова придете.

Куча бумаг... заполняю какие-то анкеты... смаргиваю слeзы с глаз...

И снова слушаю мрачные прогнозы, в которых отчетливо читается: пациентка слишком тяжелая, и тратить время на ее восстановление - бесперспективно. Что ж, врачей понять можно. Кому же сдалась подобная ответственность при таком плотном потоке больных?

О звонке брату вспоминаю только на обратном пути. И как только экран телефона оживает, на нем высвечивается с десяток пропущенных вызовов от Боярова.

Глава 19. Утешение приходит в полночь

Короткая дробь стука за дверью в прихожей выдергивает меня из паутины неспокойного сна в полной темноте.

В квартире тихо. Еле слышно тикают старенькие бабушкины часы на стене.

Испереживавшийся Ванька вырубился в соседней комнате с наушниками на голове, и теперь его вряд ли даже пушка разбудит, не то что постукивание. Моя малышка тоже утомилась за день и только ворочается слегка в кроватке. Но, к счастью, сразу возобновляет безмятежное сопение.

Зато неизвестный очень скоро вновь напоминает о себе настойчивым стуком. Правда, к звонку он почему-то не притрагивается. То ли проявляет деликатность - странную при таком совсем неделикатно позднем визите, - то ли просто тупит.

Нашариваю тапочки и, потерев ладонями усталое сонное лицо, смотрю на часы мутным взглядом.

Почти полночь. А меня вырубило в десять, когда я читала на ночь сказку Алисе. Придется самой открывать, а то разбудит-таки. Очень хочется спать.