Игрушка для бизнесмена

Твоя личность — подделка…

Глядя на бликующие края своего бокала, проглатываю противный комок горечи, собравшейся в горле, запивая его божественной Маргаритой.

— О… Романыч… — вдруг расцветает Лёня, становясь возбужденным, как ребенок перед днем рождения.

Вытягивая шею, суетится, пихая свое друга в плечо.

— Шеф, — тычет подбородком в толпу.

Проследив за его взглядом, ощущаю столкновение всех своих внутренностей друг с другом. Сердце срывается в галоп, молотя по моим ребрам со всей дури так, что эта скачка отдается дрожью в руке, которая чуть не выпустила божественную Маргариту, вместе с телефоном и гардеробным номерком, потому что там, в отсветах софитов, я вижу до боли знакомый затылок, который никогда ни с каким другим не спутаю.

Втянув носом воздух, шарю глазами по широким плечам, длинным ногам и узким бедрам. Черный костюм сидит на нём потрясающе. В руке тяжелый стакан для виски. Он смеется, положив вторую руку в карман брюк, пока молодая женщина в… брючном костюме кораллового цвета рассказывает что-то увлекательное… что-то чертовски увлекательное, судя по тому, как на пару с каким-то седым мужчиной господин Роман Гец слушает ее, продолжая разбрасываться улыбками…"

"Мое горло немеет, и я не могу выдавить из себя ни единого слова, даже когда Лёня возбужденно бросает мне:

— Сейчас… это… надо поздороваться…

Переведя на него глаза, киваю.

В шуме музыки, в окружающей меня роскоши, в том, как беззаветно трясет руку своего “шефа” мой горе-друг и его друг Макс, во всем этом я вдруг осознаю кошмарную истину, от которой мое сердце перестает биться — все что я вижу вокруг себя, это не что иное, как день рождения Романа Геца! Миллионера из… Екатеринбурга, который притащил в столицу свою команду разработчиков компьютерных игр, наверное потому, что в Екатеринбурге ему… вдруг стало тесно…

И если до этого пропасть между нами казалась мне огромной, то теперь она кажется мне непреодолимой, ведь даже дураку понятно, что рядом с таким мужчиной мне не место.

Оглохнув на секунду, а может и на миллион секунд, всеми силами пытаюсь отцепить глаза от именинника, потому что они жгут на нем дыру! Если я не отцеплю их немедленно, он просто воспламенится или почувствует сверление в своем затылке, но я беспокоюсь об этом совершенно зря.

Он не видит ничего вокруг.

Не осматривает толпу так, будто впервые видит людей. Не реагирует на сыплющееся с потолка конфетти и биты электронной музыки, выверенные ровно настолько, чтобы угодить всем присутствующим, даже тем, которых танцы интересуют гораздо меньше цен на нефть или еще на что-то, из чего складывается экономика, в которой я ничего не понимаю. Ничего, кроме того, что моей зарплаты официантки никогда не хватит на то, чтобы содержать в этом городе себя и Риту.