Игрушка для бизнесмена

Это… сумасшествие…

Прижавшись лбом к моему плечу, Рома хрипло спрашивает:

— Ты пьешь таблетки?

Во всем этом… во всем этом урагане своей жизни, я просто забыла о них! Кажется, еще там, в квартире Марины, я просто о них забыла. Он всегда был осторожен. Всегда думал о “контрацептивах” сам. И раз уж на то пошло, сейчас у меня совершенно точно “безопасные” дни, поэтому вяло отвечаю:

— Да…

Просто, чтобы закрыть эту тему. Я начну их пить, как только мой цикл, черт возьми, восстановится. Прямо сейчас этого мужчины слишком много, чтобы я могла думать о чем-то, кроме него и того, что мое тело примется рыдать, если лишится тепла его тела.

Я безнадежна, и это удручает, поэтому, когда Рома с выдохом отстраняется, не протестую и встаю на дрожащие ноги, оттолкнувшись от дивана руками. Не оглядываясь и прикрывшись своими волосами, тащусь в ванную, переступая через строгие мужские ботинки на пороге комнаты.

Закрыв дверь, упираюсь руками в умывальник и кусаю губы.

Мое отражение выглядит именно так, как и полагается.

Как у женщины, которая только что выбралась из под Романа Геца! На щеках и шее красные пятна, губы набухли, волосы всклокоченные.

Отлично, Юля.

— Что я делаю…

Скоро вернется Ксюша, а в нашей квартире «заблудившийся» миллионер.

Мы не обсуждали, но это и не нужно. Мы обе понимаем, что мужчинам в нашей квартире не место. По крайней мере, без согласования друг с другом.

Горячая вода душа вдруг ощущается, как неподъемная тяжесть. Скопившаяся за неделю усталость наваливается на голову и тело, и мне становится не до того, чтобы бодаться с этим умником, присутствие которого чувствую даже через дверь.

Если он не знает зачем пришел, может проваливать на все четыре стороны, потому что второго раунда не будет.

— Ну уж нет… — хватаю с крючка полотенце, растирая свою порозовевшую кожу.

Оставив волосы собранными в пучок на макушке, возвращаюсь в комнату, бросив косой взгляд на пришельца.

Он занимает собой половину комнаты, и видеть его здесь до трепета непривычно. Расслабленный. Нависнув над маленьким рабочим столом, изучает стопку английских разговорников, которыми тот завален под завязку. Перебирает их пальцами. Голый до пояса и в расстегнутых джинсах, из-под пояса которых торчит широкая резинка фирменных трусов.

С трудом отвожу от нее взгляд, потому что вместе с темной шелковистой дорожкой волос в его трусы убегают изогнутые боковые мышцы пресса.

Поймав мой взгляд на своём животе, берет в руки один из разговорников.

— Как успехи?

Повернувшись спиной, открываю шкаф.

Вдруг смущаюсь тому, что моя война с иностранным языком стала ему известна. Наверное, он родился с уже зашитым в мозги чипом, точно зная, где находится Индонезия и как слово “успех” звучит на всех языках мира.