Беременная для Зверя

— Я не знаю, г-г-г-де он! — трясётся от страха. Заливается потом. Воняет кислым страхом. — Но я знаю другое. Точки. Поставки… Людей.

— Немец, отвяжи. Пусть запишет всё. Имена, номера телефонов. Маршруты. Даты поставок…"

"— Только мне нужно будет… скрыться. Если П-п-порох узнает, что я сдал его бизнес, мне хана.

— Пиши, блять. Или я тобой займусь, — скалится Немец. — Тогда хана Пороха тебе раем покажется.

Пленник разминает пальцы затёкшие. Просит подать свой телефон.

— Я его уже прошерстил и всё скопировал, — отзывается Пятый. — Но пусть пояснит, что к чему, чтобы долго не ковыряться в этом дерьме.

— Да-да, конечно…

Долго и муторно. В комнате дышать нечем становится. Немец ещё надымил так, что топор вешать можно. От меня самого потом куревом нести будет. До блевоты.

— Эт-т-т-о всё, что я знаю…

— Нет. Не всё, — подаётся вперёд Немец. — Не всё… Дай, я его расколю, Зверь? Пять минут — и он расскажет даже то, что видел в года два или три!

— Заебал ты. Ладно, делай! — рублю воздух рукой.

Выхожу из комнаты. Хапнуть свежего воздуха. На время посмотреть. Поздно. Очень.

Малая уже наверняка десятый сон видит. Или нет? Телефон достаю, загружая приложение с данными видеокамер. Долго грузит, сука. Связь здесь, на цокольном этаже клуба, плохая. Почти не ловит сигнал. Интернет едва тащит.

Визг. Резкий и испуганный. Недолго длится. Дверь хлопает.

— Зверь, — зовёт Пятый. — Зайди. Послушай.

У пленника одно веко дико распухшее и покрасневшее. Глаз не открывается.

— Говори.

— Знаю, что у тебя есть к-к-крыса Пороха. Близко. Очень близко, — едва ворочает языком.

— Кто?

— Тот, на кого бы ты никогда не подумал, — тяжело дышит. — Давно рядом с тобой. Сам знаешь, — смотрит на меня одним глазом. — Кто.

Телефон вибрирует — данные загрузились. Смотрю. Картинка чёткая. Вмиг сатанею, видя как Ризван Малую трогает — плечи, лицо. За спину держит. Тепло. Близко.

Мразь.

Неужели он?

В груди — снова дыра размером с космос. Мысли в адском огне. От него… не ожидал. Ризван мне почти как брат. Я его сына на руках держал. Жену знаю… Жену… Жену, сука, зовут Ариной. Тоже. Как мою Малую.

С хуя ли?!

— Да, кажется, ты всё понял, — подаёт голос пленник.

— На кого бочку катит? — уточняет Пятый.

— На Ризва-а-ана, — тянет Немец. — Сам подумай…

— Хач? — хмурится Пятый. — Я ему не друг. Но в это гониво мне не верится.

— Не верится? — подскакивает Немец. — А ты подумай. В деревне. Как он за девку пасти всем был готов рвать, а? Моих положил. Двух.

— Твои ушлёпки до её пизды примерялись, — обрубает Пятый. — Хач приказ Зверя выполнял. С натягом правда. Смотри, чтобы не лопнула.

— Чё, ещё поговорить с ним? — уточняет Немец у меня.

Застываю. Как камень. В мозгах полыхнуло, а теперь — пустота. В предательство Ризвана мне с трудом верится. Но факты. Действия.