Беременная для Палача

И тут же представила, как он также ведет себя с другой девушкой, раздевает ее, бросает на кровать, проходится крупными ладонями по чужому телу, раздвигает дрожащие ноги, врывается в новую добычу.

Ком подкатил к горлу. Меня заколотило от чувства гадливости, от дичайшего отвращения. К Палачу? Нет, к самой себе. Как я могла вообще быть с ним?

После всего. После измен. И пусть я не видела ничего лично, все казалось абсолютно очевидным.

Ощущения резко изменились. Накал угас. Я больше не полыхала от прикосновений Амирана. Заледенела. Оцепенела. Возбуждение спало в момент. Я будто получила четкое подтверждение предательства. Теперь все мое существо протестовало.

Палач ощутил перемену. Уловил реакцию. Он застыл.

— Я голоден.

От его голоса колючие мурашки расползлись под кожей, но я не подалась на дурман, качнула головой.

— Ты всегда такой.

— Блядь, — он опалил мое лицо горячим дыханием. — Охренеть. Это что, сцена ревности?

И правда — разве я имела право на ревность. У нас же и отношений нет. Хозяин берет вещь, когда захочет. Условия четкие. Без чувств.

— Сегодня ты взял меня после другой, — сказала и ощутила, как горечь разлилась на языке. — Но этого больше никогда не повториться. Тебе придется меня насиловать.

— Нет, — отрезал он.

— Я не…

— Нет никакой другой.

Амиран зарылся лицом в мои разметавшиеся по постели волосы, жадно втянул аромат, а потом двинулся ниже, прихватил зубами кожу на плече.

— Тогда с кем ты был? — вопрос вырвался помимо воли.

Глупо. Это звучит чертовски глупо. И жалко.

— Я хочу трахать только тебя, — прорычал он.

Обхватил мою грудь губами, втянул сосок в свой горячий рот, обвел языком, снова и снова, доводя до дрожи.

— Амиран, — сорвалось с моих губ.

— Ты моя единственная игрушка.

Прозвучало оскорбительно, унизительно, однако в то же время мне четко стало понятно, что других женщин и правда не было. Сейчас.

Я понимала, он бы не стал лгать. Мог прямо все высказать. И я ощущала его состояние.

Палач находился на взводе. Его дикая похоть пугала. Он ласкал мое тело, высекая искры отклика, а когда добился ответа, то обрушил всю страсть, все затаенные желания на меня.

Амиран действовал грубо, а потом срывался на нежность. Он налетел на меня точно шторм, бешеный ураган. Мужчина вбивался в мое лоно короткими жесткими рывками, но покрывал мое тело мягкими поцелуями, касался моего лица губами. И наоборот. Кусал, прихватывал зубами тонкую кожу на скулах, оставлял засосы на шее, на плечах, прикусывал соски. А толкался внутрь плавно, нарочито медленно, застывая изнывать.

Под конец этой схватки я едва соображала, напрочь потерялась в собственных ощущениях. А он кончил в меня, полностью заполнил спермой.

— Моя! — рявкнул так, что я содрогнулась всем телом.