Полет длиною в жизнь

Но Энди не сказал ни слова — только довольно едко поблагодарил ее за заботу и расправился с яичницей в два счета. Сама Кейт так ни к чему и не прикоснулась.

— Я ужасно готовлю, — пожаловалась она, хотя это было не совсем так. Просто сегодня ей особенно хотелось, чтобы ее кто-нибудь пожалел.

— А-а, вот почему Джо Олбрайт удрал от тебя! — догадался Энди.

Казалось, он шутил, но Кейт поняла, что он хочет спросить, почему они расстались. До сегодняшнего дня он ни разу об этом не заговаривал.

— Это я ушла от него, — поправила Кейт, отворачиваясь, чтобы Энди не видел горя и тоски в ее глазах. — Он не хотел жениться на мне, не хотел заводить детей. Я же говорила тебе: его семья — это самолеты.

— Зато теперь Джо — богатый человек, — не скрывая своего восхищения, заметил Энди.

Впрочем, он прекрасно знал, что и кроме этого в Джо было, чем восхищаться. Его талант летчика, технический гений — все это было достойно самой высшей оценки. Единственное, чего Джо не мог и не умел, это правильно вести себя с женщинами. Про себя Энди считал его круглым идиотом за то, что Джо не женился на Кейт, однако это его нисколько не огорчало. Скорее наоборот.

— А почему ты не женат? — спросила Кейт, блаженно вытягиваясь на кушетке.

— Не знаю… — Энди пожал плечами. — Сначала я был слишком молод, потом — слишком занят. А может быть, просто не нашел никого подходящего. — Он внимательно посмотрел на нее. — Ты тоже не спеши с этим, ладно? У тебя еще есть время…

— О чем это ты? — удивилась Кейт.

— О браке, разумеется! Об этих пресловутых узах Гименея. В отцовской фирме я видел так много разводов, что иногда мне хочется навсегда остаться холостяком.

— Ты что же, принципиальный противник брака? — удивилась Кейт.

— Где уж мне… — Энди вздохнул. — Но торопиться я не буду. Я же сказал, у нас обоих времени предостаточно…

— Моя мама считает, что у меня-то как раз времени нет. Она просто в панике — боится, что я останусь старой девой.

— На ее месте я бы тоже волновался: похоже, от тебя не так-то легко избавиться.

Они оба расхохотались, и Кейт почувствовала, что у нее стало легче на душе.

Потом они пошли гулять в Центральный парк. Стоял морозный зимний день, и земля и все дорожки были покрыты тонким снежным покрывалом. Паппи, которого они взяли с собой, с лаем носился вокруг них и хватал снег зубами. Все вместе казалось Кейт таким нормальным, таким естественным, что она едва не зарыдала, подумав, что ничего подобного в ее жизни никогда не будет. Во всяком случае — не с Джо.

Но вскоре она успокоилась. С Энди ей стало хорошо и спокойно, и Кейт постаралась не думать о своей потере. Тем же вечером они пошли в кино, и с тех пор проводили много времени вместе.