Длинный

И с каждым разом, все больше убеждался в том, все произошедшее с ним и его когда-то лучшим другом, ни раз спасавшим его, и вытаскивающим изо всех передряг, не что иное как осознанная провокация. Не мог Длинный, иметь цели втереться к нему в доверие, чтобы получить хоть какую-то выгоду. Взять то же золото. Сам Леха наверняка бы не выбрался из того подвала в доме у бандитов, и наверное до сих пор бы терпел все придирки Кривого, или в итоге бы повесился от безысходности. Да и как бы он смог найти то золото. Все это заслуга именно Длинного, да и золото принадлежало именно ему, а совсем не Алексею. Что же касается его отца, так ведь он и не скрывал то, что тот был комиссаром, расстрелянным во время какого-то бунта. Да и потом, сколько лет было в то время Длинному? Яблоко от яблони, говорите? А, разве мы выбираем своих родителей? В чем же тогда его вина. Тем более, что фактически сразу после смерти отца, Длинный оказался беспризорником.

Зато здесь, наобещали не просто много. Рассказывали о блестящей карьере офицера Российской армии, о том, что это место его по праву рождения. О том, что потомственный Российский дворянин должен сверкать на балах, а не ютиться по подвалам и жрать что попало. Вот только обещания почему-то совсем не соответствуют действительности. Вначале отобрали то немногое, что у него имелось, мотивируя это тем, что деньги, взятые у него, пойдут на борьбу с классовым врагом. Только почему-то классовый враг, чаще всего держал оборону в ресторанах и прочих увеселительных заведениях, а не на полях боя. И чаще всего офицеры возвращались под утро пьяные не от побед над противником, а от борьбы с зеленым змием. И в итоге уже через пару недель, Леха, как и многие его сверстники оказался отправлен в приют, а не в офицерскую школу. Правда здесь он задержался тоже не на долго. Из подслушанного разговора, стало ясно, что «кормить ублюдков» не на что. И содержать «дармоедов» тоже не имеет смысла. А учитывая то, что помещение, занимаемое ими, гораздо выгоднее сдать в аренду купцу Осинскому, что позволит поднять содержание офицеров гарнизона, то «всех этих недоносков» стоит отправить в Софию, где тоже имеются приюты, и где дотации на их содержание, гораздо выше чем здесь, на окраине. И в итоге уже через месяц Леха, как и еще сорок малолетних мальчишек сирот русского происхождения, оказались загруженными в теплушку товарного вагона и отправленными в неизвестность."

"Русский Православный Приют имени Марии Магдалены, находился в небольшом городке, Гробищене в тридцати километрах от столицы Болгарии. Вот только то, что столица находилась неподалеку, совсем не сказывалось на содержании приюта и питании сирот его населяющих. Более того.