Пиранья. Жизнь длиннее смерти

А такие по мелочам не паникуют…

Они обменялись рукопожатием, и Юсеф взял быка за рога:

– Товарищ Мазур, я очень благодарен, что вы пришли… Лейла, мы можем поговорить наедине?

Она с нешуточной обидой вздернула подбородок:

– Хотела бы напомнить, что я, в конце концов…

Юсеф перешел на их родной язык. К некоторому удивлению Мазура, майор не настаивал, как полагалось бы твердому арабскому мужику, а скорее уж просил и уговаривал – такое осталось впечатление, хотя знакомые интонации могли нести и другой смысл…

В конце концов Лейла уступила, обиженно поджав губы, вышла твердой походкой, горделиво воздев голову. Бросила Мазуру, не оборачиваясь:

– Ну что ж, дисциплина есть дисциплина. Я поработаю на втором этаже…

Юсеф, едва она вышла, тщательнейшим образом прикрыл за собой дверь. Вернулся к столу, сел рядом с Мазуром, понизил голос:

– Не знаю, как вам и сказать… Положение не из легких, ситуация щекотливейшая… При ней, – он мимолетным кивком указал на дверь, – говорить и вовсе не следовало. Дело не в том, что она – женщина. Она слишком молодая, не со всеми иллюзиями рассталась. Мы с вами – люди вполне взрослые, в меру циничные, нам будет легче такое обсуждать с глазу на глаз…

– Интересное начало, – сказал Мазур с вымученной улыбкой.

Юсеф развязал тесемочки принесенной с собой пухлой кожаной папки, опустил глаза и довольно долго их не поднимал, без нужды перебирая какие-то бумажки. Потом достал из-под них фотографию и протянул Мазуру:

– Вот об этом человеке я хотел бы с вами поговорить…

Мазур всмотрелся. Ничего особенного, мужик лет пятидесяти с ничем не примечательной физиономией, заснятый украдкой где-то в порту – о чем неопровержимо свидетельствовала видневшаяся из-за его правого плеча мачта корабля. Форма местного образца без знаков различия, кепи без кокарды – но вот лицо у него определенно не местное, скорее уж попахивает великим старшим братом…

– Никогда не видел, – искренне сказал Мазур. Присмотрелся пристальнее. – Хотя… Такое впечатление, что где-то и видел мельком…

Мазур подобрался. За этим нехитрым обозначением крылось оружие. Не самое серьезное и громоздкое, конечно: автоматы, пулеметы, легкие безоткатные пушки, боеприпасы к ним и тому подобное. Одним словом, вся мелочевка, кроме бронетехники и военных самолетов вкупе с боевыми кораблями – те и шифровались в бумагах иначе, и занимались всем этим не сухопутчики.

– И что же? – спросил Мазур сухо. Все это начинало ему категорически не нравиться.

– Товарищ Мазур, – сказал Юсеф совсем уж тихо. – Часть грузов при прямом посредстве упомянутого генерала уходит на сторону.

– Я не ребенок, – сухо сказал Мазур. – Кто ж о нем не слышал…

Юсеф вскинул на Мазура глаза и тут же уткнулся с виноватым лицом в свою папку:

Мазур угрюмо молчал.