Строптивая для Тёмного лорда (СИ)

 «Я для чего столько времени Юлику обихаживал? Для чего тратил на её семью деньги и силы? В конце концов, сюда зачем забирал, слуг напрягал, чтобы подготовили дом – ради одного раза? – сбросив на скамейку пар, герцог негодовал уже спокойнее. – Нет, такой исход возможен, конечно, если девица ничем, кроме своей магии, не сможет меня порадовать. Тогда утром она отправится прямиком в Школу, благо есть настроенный прямо туда портал. Правда, насчёт новой послушницы я ещё ни с кем не говорил, не хотел спешить, вдруг Юлика меня приятно удивит? Тогда оставлю её себе на неделю-другую. А когда надоест и если она не передумает насчёт покровителя, тогда и свяжусь с настоятельницей».

Почти справившись с раздражением – всё-таки упрямство леди его здорово задело – Ренард зашёл в свою спальню.

И огляделся – если не считать забытой на проходе скамейки, слуги расстарались! Комната сияла от чистоты, постель благоухала свежестью, у изголовья кровати расположился красиво сервированный столик.

Герцог осмотрел изящные бокалы, вычурные тарелки, спелые фрукты, лёгкое розовое вино, которое так нравится женщинам, и воздушные пирожные. И довольно кивнул – всё лучшего качества, способное удовлетворить самый привередливый вкус.

Впрочем, ещё ни одна из его женщин не осталась неудовлетворённой!

И сам себя поправил: до сих пор – ни одна.

Но что-то подсказывало, что с графиней возможны любые сюрпризы. От – девочка влюбилась по уши и растеклась перед ним лужицей, до – девочка настолько его возненавидела, что готова проклясть, стоит только снять печать или её инициировать.

Проблемы будут в обоих полярных случаях! В первом леди не захочет добровольно с ним расставаться, вцепится репьём, пойдёт на всё, чтобы задержаться в его постели подольше. В идеале – навсегда. Замучаешься отрывать.

Во втором случае ему придётся немало постараться, чтобы вообще её туда уложить. Потом, ему ли не знать, насколько коварными и безжалостными могут быть ведьмы?

Лучше бы она испытывала к нему нечто среднее: пусть он ей нравится, но не настолько, чтобы она хотела остаться навсегда. Или пусть только терпит, но без желания прибить или покалечить.

Нет, он справится, конечно, и не таким крылья обламывали! Но неизвестность и эмоциональные качели, которые устроила ему леди Юлика, всё сильнее и сильнее подстёгивали интерес.

И активизировали охотничий инстинкт.

Дело приобретало принципиальную окраску – он не он будет, если не прогнёт графиню под себя! Ведь добыча намного ценнее, если ту приходится долго выслеживать, потом догонять и ловить. Сопротивление привлекает и заводит, а покорность и раболепие, наоборот, убивают желание.

Только вот пока юная графиня демонстрировала совсем не девичье упрямство и не спешила падать ему в руки.