Босс для разведёнки

Аренский появляется, как всегда, неожиданно, а от его голоса у меня непроизвольно всё тело напрягается. Тоже, как всегда.

— Вот, мама, спроси, — продолжает Эвелина и снова прячется.

Наверное, я её прямо в этом одеяле повезу домой.

Поднимаюсь с кровати и мужественно разворачиваюсь лицом к хозяину дома, а то, что он стоит совсем рядом, я и так чувствую.

Утром Богдан совсем не такой как в ночи. Сейчас ни тени усталости в глазах, сплошная харизма и недосягаемость. Может, мне и правда всё приснилось?!

— Ев, ты помнишь, что я сказал тебе сделать? — словно читая мои мысли, мужчина напоминает мне о своём желании, тем самым подтверждая, что это всё было.

— Помню. А ты помнишь, что я ответила?

— Вполне. Но ничего не меняется. Сабуров тебе не нужен. Отпусти уже несчастного.

Он явно лезет не в своё дело, но от моих нравоучений его спасает только мой ребёнок и частичная правда в его же словах.

С Киром всё плохо. Я никак не могу перешагнуть свой экватор и открыть достойному мужчине сердце и душу. Прошлый опыт мешает, ибо снова жить как раньше не хочется.

— Я подумаю, — даю неопределённый ответ и поскорее отворачиваюсь к дочери. — Кнопка, выползай. Маме надо срочно на работу.

Малышка, слава богу, выползает из своего укрытия и демонстративно поднимает забинтованную ногу вверх.

— Ну мам! А меня лечить? — и эти жалобные глазки всем известного котика.

Если учесть, как всё это время возилась эта непоседа, то лечить уже нечего. Мой босс волшебник номер один, который травму моего ребёнка буквально исцелил за сутки.

— Действительно, мама, девочке требуется уход. Хотя бы сегодня, — тут же подключается Аренский со своим менторским умозаключением. — Официально вы, Ева Леонидовна, ещё в командировке, так что ждём вас завтра.

Кнопка подмигивает Богдану, продолжающему стоять за моей спиной, а я осознаю, что как бы это ни было дико странно, но эти две непохожести спелись.

Деваться некуда, улыбаюсь дочке и на всё соглашаюсь.

Дальше нам никто не мешает собираться, и буквально полчаса спустя мы и огромный медведь едем в такси домой.

Насчёт игрушки, пока Эвелина отвлеклась на букашек, поспешила высказать начальству.

— Зачем этот … огромный жест внимания?

Аренский, отвлекаясь от экрана телефона, задумчиво рассматривает меня. Вот прямо как дочка всяких жучков… с интересом и удивлением.

— Мне её старый медведь не нравится. Мы пришли к соглашению по замене и утилизации. А что такого? Ты против подарков твоей дочери? Или это только на меня распространяется такой меморандум?

Точно! Её медведя я нигде не наблюдала.

— Я не против, но не поощряю, — решительно и разом ответила на все вопросы Богдана.

Голова снова болела, что хотелось найти засевшего там противного дятла и вырвать ему клюв. Пусть это и негуманно.