Подкидыш для хулигана

И я вижу, что хоть Горин и теряется, часто не понимает, что делать с Марьяной, но ее он любит. Так что пой Марьяна ему дифирамбы, я бы лишь улыбнулась, но вряд ли на меня бы это произвело впечатление.

Зато честность тронула.

Значит, кое-кто решил впутать ребенка в наши проблемы? Ну хоть этот самый ребенок оказался умнее, и во всем мне признался. Марьяна и правда хочет сказку. Хочет, чтобы мы были семьей, чтобы я осталась.

И Леша сказал Марьяне, что любит меня.

Вот только что мне теперь делать?!

Мы вышли из кафе, в котором не протолкнуться было от тех, кто пришел прощаться с отцом Марьяны.

— Так много людей. Ты всех позвал?

— Да, – кивнул Горин. — У Стаса друзей было много.

— Но ты – самый близкий?

— Получается, что так.

Леша сегодня выглядит так, что краше в гроб кладут. Вчера с работы пришел поздно, и мне даже в голову прийти не могло, что он шлялся по всяким Дианам. Горин и после того, как мы от Марьяны вышли, и дома объяснил, что возможно, нужно будет задержаться, чтобы сегодня ему пару часов дали на то, чтобы приехать и проститься со Стасом.

Еще и эсэмэски мне вчера писал. Что работы много. Зачем-то фотографии скидывал с монитором, на котором и время видно, и офис.

Неужели такой азарт – соблазнить не очень удачливую Таню Пчелкину?!

— Сейчас на работу? – спросила, но Леша будто не расслышал. — Леш?

— А, нет. Еще полтора часа есть.

— А потом опять ночью придешь?

— Тань, у меня же график два через два. Придется поработать.

Не знаю, зачем я болтаю так много. Никогда у меня раньше не возникало желания заполнить пустоту трепом. Лучше уж помолчать, чем вести беседу ни о чем – так я думала раньше. Да и сейчас так думаю. Но Лешу хочется вывести из этого состояния апатии, которое накрыло его в крематории.

Кажется, он впервые столкнулся с необратимостью. Потому и… нет, не напуган, а в смятении. Через такое каждый проходит в своей жизни, когда понимает, что есть вещи, события, и люди, которых уже не вернуть. Что бы ты ни делал.

— Ты был очень привязан к Стасу? – тихо спросила я.

Думала, Леша просто кивнет, но он вдруг улыбнулся мне, и взял за руку.

— Да, Тань. Очень. Он постарше меня был, и, не люблю это выражение, но мы из разных миров, – Леша поморщился, но продолжил: — Стас с реальной жизнью столкнулся в раннем детстве, а я только сейчас начинаю, кажется. Не знаю, зачем он со мной общался, он… ну, он серьезным был. Про таких говорят, что они основательные. Даже в подростковом возрасте он мужиком был, понимаешь? Все умел, если что-то не знал, но хотел знать – его было не остановить. Умел признавать ошибки, и извиняться. Мне здорово помогал: с машинами научил возиться. Отец это дурью считал, зачем самому ремонтом заниматься, если есть сервис, а мне нравилось это. Я тачку могу разобрать, и собрать, и этому меня Стас научил.