Покорность не для меня

И тут дело не в одежде.

Ученый друг моего мужа пришел точно в срок. Высокий седовласый мужчина мне понравился, степенный такой, серьезный, но глаза добрые.

Все время беседы Лойки сидел со мной на диванчике, крепко держа за руку. Мы расположились в библиотеке. Помимо меня с мальчиком и приглашенного будущего наставника, в библиотеку пришел и сам хозяин поместья. Мастер Граногер поспрашивал предполагаемого ученика о его жизни, совсем немного, а потом начал задавать вопросы почти по всем областям знаний, вскоре остановившись только на области магоматематики, поняв, в какой тебе ребенок наиболее силен.

Лойки отвечал бойко, ну, а когда дошло до его любимой темы, как это обычно бывает, и вовсе увлекся, перестав бояться и открыто беседуя с мастером и демонстрируя великолепные знания для ребенка своего возраста и положения.

Из поместья мой Лойки уехал уже вместе со своим мастером на дорогом флае.

Только проводив своего друга, позволила себе разреветься, до этого крепилась. Все-таки расставаться с друзьями тяжело, хоть и понимаю, что смогу всегда с Лойки увидеться. Очень рада за мальчика, я уверена, он вырастет и станет большим ученым, у него светлая голова и теперь есть все необходимое для учебы.

— Айра, ну хватит уже плакать, — фыркает Эйнер мне в ухо, беззастенчиво меня обнимая и гладя по спине.

— Перестаньте меня тискать.

— Перестаньте тогда плакать. Вы такая трогательная, когда плачете, не могу удержаться.

Всхлипнула в последний раз и заставила себя успокоиться.

— Как же мило! — дружный женский вздох застал врасплох.

Накатило осознание, что утешает меня Эйнер прямо в парадном холле. Можно сказать, на виду у всех желающих.

Огляделась, оценивая всю степени засады, в которую попала. Все восемь жен на застыли на лестнице, и по разным углам, словно невзначай распределилась прислуга, которой вдруг срочно понадобилось что-то сделать именно здесь. Бенар так и вовсе стоит поблизости, пряча улыбку.

Отстранила от себя Эйнера и сделала независимое лицо. Тут уже поздно сожалеть, остается только не показать смущение. Но это надо было так расслабиться. Нет, ничего страшного, конечно. Но… я что, действительно привыкаю к этому месту и собственному супругу?

— Айра, вы куда? — интересуется Эйнер мне вслед.

Я же степенно отступаю. Быстро нельзя. Иначе лицо потеряю.

— На кухню. Дерзкого кормить.

— А, понятно, ну, идите. — Сам Эйнер выглядит ничуть не расстроенным тем, что нас вот так застали, как и Бенар, едва скрывает улыбку, а довольный блеск в глазах так и вовсе стереть невозможно.

Ругаясь про себя последними словами, покинула холл.

Все последующие дня ничего особенно не происходило, наступило затишье. Жизнь вошла в колею, не привычную, скорее странную.