Игра не для слабых: Дорога на юг

К нему-то я первым делом и направился, неуклюже спустившись с мостков.

— Решил позагорать? — ухмыльнулся он окинув взглядом мой перемотанный бинтами торс, и продолжив поигрывать своим бастардом. Байран словно разминал кисть, перед тем, как нанести сильный удар. Кого именно он собрался рубить было решительно непонятно. Врагов на бриге больше не было. Только тяжелораненные Алерайцы, которых сейчас добивали наши солдаты и вот эта вот горстка пленных.

— Вроде того, — кивнул я, подходя поближе и с интересом разглядывая захваченных солдат. Густые чёрные волосы, короткие бородки, смуглая, иссушенная палящим южным солнцем кожа, немного раскосые карие глаза, острые скулы, очерчивающие резкие черты лица. Они и впрямь очень сильно напоминали жителей нашего ближнего востока, — Гляжу мы взяли языков?

— Толку с них как с языков, словно с козла молока, — покачал головой Барон, — Я и половины их болтовни не разберу, а вторая половина наверняка враньё. Так что остаётся с ними сделать лишь одно. Эй Ингвар. Тащи-ка сюда этого пернатого.

— Убить? — удивлённо переспросил я.

— А ты догадливый, — хмыкнул барон.

— Они разве не военнопленные, которых следует доставить на суд? — удивился я. Честно говоря, у меня были пробелы в понимании местной судебной системы, но обычная казнь людей, которые сами сдались и явно просили пощады… Это уже немного перебор.

— Как представитель старшей знати, а так же королевский посол я представляю на судне судебную власть, — пожал плечами Байран, смерил меня подозрительным взглядом и добавил, — Если ты не понял, то ты делаешь то же самое в моё отсутствие.

— Это работает везде?

— Только на море. Если ты поймаешь разбойника на суше, тебе следует отвести его к местному феодалу, дабы он над ним совершил справедливый суд, — пояснил барон, немного помолчал и добавил, — Однако, как правило их просто казнят на месте. Разве что имеется гончий лист, в котором отдельно указано, что за живого преступника полагается прибавка к награде.

— А если тот, на владениях кого произошла казнь начнёт возмущаться? — поинтересовался я.

— В таком случае достаточно просто сказать, что говнюк сопротивлялся и не оставил тебе выхода, даже если это было не так, — пожал плечами Байран, — В любом случае тебе вряд-ли захочется возиться со всяким разбойничающим или браконьерствующим отребьем, если за это не полагается дополнительной платы. Проще зарубить или повесить на ближайшем суку, да и дело с концом.

Да уж. Просто потрясающая система правосудия. С другой стороны такое бесправие сработает только по отношению к чужакам или действительно к головорезам с большой дороги, за которых не впишется никто из местных.