Истинная для Инквизитора, или Пленённая врагом (СИ)

Минуточку! Медузы Горгоны только в нашей семье не хватало … ходячее несчастье, блин! И где так согрешить только успела?

— Я очки надела, — слышу тоненький нежный голосок девушки. — В дом проходите, мы вас давно ждем.

Ну, привидение! Задушу проклятую Анфису, дайте только добраться! Не могла сразу сказать, мм? Мол, сестра твоя в глушь лесную забралась, да всё и всех вокруг в каменные изваяния превращает. А знаете, что самое отстойное? Муженек-то явно в курсе! Скотина!

— Ты знал? — вскрикнула, проехавшись ногтями по шее любимого мужчины.

— Да, — спокойно ответил и поставил на землю. — Ну, давай.

— Что? — сердито сжимаю руки в кулаки.

— Устрой истерику, пощечину влепи. Хочешь же?

— Значит, так? — нахмурилась и решительно двинулась в сторону моста. К черту всё! Муж объелся груш! Сама ребенка и рожу, и воспитаю. Думает, завишу от него? В ногах валяться буду, лишь бы остался и не ушел? Ага! Три тысячи раз! Много чести!

Мост закачался под ногами и я схватилась за перила, продолжая не особо безопасное передвижение. Дорогу преградил кошак, со всей дури молотя хвостом о деревянную поверхность. Ну, что еще? Сам не пошел, Стража отправил? Трус…

— Хранительница, не дури! — заявила наглая морда. — Пожалеешь!

— Плевать! — резко рванула вперед, доска под правой ногой с шумом треснула и я не успела никак отреагировать, падая вниз. Мамочки!

Рухнув прямо в черную воду Гнилого ручья, смогла притормозить собственное тело магией, потому удара не последовало, только ладони о каменное дно чуть-чуть поцарапала. Пальцы наткнулись на что-то большое и круглое, и любопытная Ванда Решетова (простите, Бестужева!) поспешила вытащить свою находку на свет божий.

Яйцо … какое огромное! Чуть больше страусиного, темно-красного цвета с крохотными белыми пятнышками по всему периметру.

— Ванда! — доносится сверху крик любимого муженька. Надо же, опомнился. — Ты в порядке?

— Пошел к черту, — прошипела сквозь зубы, аккуратно поднялась на ноги и огляделась по сторонам. По-человечески не получится, придется старым-добрым ведьминским способом выбираться …

— Руку дай, — спокойно говорит Марк. Он совсем рядом, по колени в воде и вид — «я за тебя переживаю, но извиняться не буду». Не больно-то и хотелось, знаете.

Прижала яйцо к груди и сделала шаг назад. Бестужев тут же подскочил, на руки подхватил и понес к берегу, запросто взбираясь по глиняной почве наверх. А потом и в дом занес, усадил на стульчик и в плед закутал. Челюсть сводит от такой заботы! Эх, что-то Евы не видать …

— Сердишься? — мужчина обхватил мое лицо руками и посмотрел прямо в глаза. Часто-часто заморгала, лишь бы не поддаться такой коварной и хитрой манипуляции. — Не делай больше так.