Истинная для Инквизитора, или Пленённая врагом (СИ)

 — Не надо!

— Ванда, — я сел на кровать рядышком и провел рукой по еще влажным светлым кудряшкам. — Это не шутки, понимаешь?

— Тетку мою приведи, — взмолилась она и попробовала встать. Твою же мать! В следующий момент едва не поседел! Моя девочка болезненно сморщилась, прижимая руки к животу, а по щекам потекли ручейки слез. Что же делать? По мне как бульдозер проехался, дыхание перехватило, в груди тяжело-тяжело стало и нечем дышать. Я не могу ее потерять!

— Посмотри на меня! — сам сорвался на крик и притянул ее к себе. — Не отключайся, не вздумай, слышишь?

Дверь с грохотом распахнулась, Страж влетел в комнату, со всей дури прыгая на кровать, да еще и шипит на меня, скотина шерстяная! И фонари свои демонические выключи, морда наглая!

— Положи её, идиота кусок! — рычит кот и тут же укладывается на животе Ванды. В клубок свернулся и лапами давай наглаживать. Я даже искры его магии увидел, клянусь!

— Чего сидишь? — котяра бесчувственный ткнул лапой в направлении двери. — Дану сюда и живо! Отравили Хранительницу нашу …

Только одно слово сейчас мелькало в моем воспаленном воображении и рисовало самые неизбежные и отчаянные картины ближайшего будущего.

Всё потеряло своё значение. Ванда умирает, а я не уследил, не проверил, не допустил мысли, что кто-то будет желать ей зла. Идиот! Пусть, и Хранительница, но сути это не меняет. Не могли люди просто взять и смириться. Но одно проклинать на чем свет стоит, другое — реально действовать. Могла ли мать такое сделать? Или та же Полина? Да кто-угодно, черт побери! Хрен знает, сколько врагов у её семьи…

Лишь на секунду задумавшись, постучал в наглухо запертую дверь. Я с Даной Решетовой не в лучших отношениях, но очень надеюсь, что племянницу она любит и в беде не бросит. Но если понадобится, силой Верховную ведьму притащу. В цепях, без сознания, хоть как! Плевал на всё!

— Ох, заварили кашу! — раздался со спины больно знакомый голос и мне тут же больно тыкнули в спину какой-то острой палкой. — Не пускают, внучок?

Обернулся и увидев перед собой аж саму Матильду Решетову, едва дар речи не потерял. Столько лет ни слуху, ни духу, а тут объявилась! Старуху все чуть ли не мертвой считали …

Из дома мгновенно вылетела Дана Решетова и уставилась на собственную мать, будто на восьмое чудо света. Впрочем, вполне объяснимая реакция.

— Где? — коротко спросила Решетова-старшая, опираясь на какую-то обугленную палку с жутким набалдашником в виде головы змеи.

— В Горелом лесу, — мигом отозвался и двинулся в обратную сторону.

Пока шли, пришлось отвечать на вопросы, которые больше раздражали, чем несли смысловую нагрузку. Ещё бы про погоду поговорили!

— Да не бойся, — Матильда похлопала меня по плечу. — Вовремя подоспеем. Да и не одна она там, вон какая группа поддержки.