Клетка для души (СИ)

Лукас… Под его плащом, прильнувший к нему всем телом, тихо посапывающий ему в шею… Бьёрн точно помнил, что засыпал один… Значит, мальчишка терпеливо ждал, когда он освободится и заснёт, а потом мышкой пробрался под плащ? Маленький нахалёнок! От этих мыслей губы сами собой растянулись в улыбке, а руки потянулись обнять демонёнка. Хотелось прижать к себе этого милого доверчивого котёнка и бесконечно слушать его лёгкое дыхание и ощущать биение сердечка. «Вот так бы всегда…» - проскользнула мысль на задворках сознания, но воин тотчас же её прогнал, смутившись. Он тихонько потряс Лукаса за плечо, будя, но тот только теснее прижался и недовольно мявкнул. Бьёрн шепнул в аккуратное ушко:

Сладкое сопение прервалось, паренёк напрягся, затаив дыхание, чуть-чуть отодвинулся и так же шёпотом спросил:

- Почему тогда прогоняешь? – шёпот перешёл в шелест.

- Я не прогоняю. Ваши скоро проснутся, а ты здесь, со мной…

- Я не хочу выглядеть совратителем малолеток, - грубовато пошутил Бьёрн.

Для скромного застенчивого паренька, который и так еле держался, это стало последней каплей. Он, как подсолнушек к солнцу, тянулся к этому мужчине: доверчиво, простодушно и открыто, не задумываясь, как это выглядит со стороны… А выглядит он, значит, навязчивым малолеткой?! Боль и стыд сплелись в вязкий комок, который заворочался в груди. Юный демон стремительно выбрался из-под плаща Бьёрна и бросился в сторону своего отряда, стараясь удержать закипающие слёзы.

Бьёрн метнулся, было, следом, но заставил себя остаться на месте, чтобы не устраивать переполох. Сев, он изумленно смотрел в ту сторону, куда убежал рыжик, пытаясь переварить, что сейчас произошло и почему. Он обидел парнишку… Но не хотел ведь… Дубоголовый солдафонище, ну, кто тебя за язык тянул! Скорее бы уже подъём, чтобы можно было найти котёнка, объясниться, попросить прощения… Под плащом сразу стало пусто и холодно…

Но подойти не получилось ни после подъёма, ни за совместным завтраком, ни во время обсуждения дальнейших действий сборного отряда. Лукас держал дистанцию, прячась за спину соплеменников, как только Бьёрн делал к нему шаг; прикладывал массу усилий, чтобы не встретиться взглядом; пытался демонстрировать равнодушие и спокойствие. У него это плохо получалось – нежный цветок, выросший в любви и обожании, он не научился прятать за маской свою боль, потому что не знал, что это такое. Хельдинг видел её в старательно отводимых зелёных глазах, чувствовал, как свою, и казнил себя за то, что именно он её причинил. Оставалось только ждать, когда представится случай…

Отряд решил разбиться на группы, чтобы прочесать как можно бульшую площадь. Договорились вернуться на это же место к полудню.