Святой: гарпун для Акулы

Под бетонные своды уложили ящики со снарядами для реактивной артиллерии и с патронами для «Калашникова».

Потом стали валить все без разбора.

На открытых площадках рядками стояли отслужившие свое бэтээры и прочий железный хлам.

Солдаты охраняли объект и периодически раскручивали очередную машину на запчасти. Местные жители охотно брали антенны, шланги гидравлики, подфарники и другие полезные вещи. Меновая торговля процветала, подкармливая и развлекая бойцов. Развлечением служили главным образом наркотики, в основном анаша. Ответственный за склады — лейтенант Кучаев давно махнул рукой на воровство.

— Главное — оружие не тянут! — доверительно сообщил он Святому. Заварушка сам видишь какая! Нагрянут «всадники», а у меня пятнадцать солдат! Слава богу, что вас подбросили.

Кучаев опасался налета боевиков, крайне агрессивно настроенных молодых националистов, слетевшихся словно стервятники к Ошу из Иссык-Кульской и Наманганской зон. Часовые не раз замечали всадников на гребнях холмов.

Лейтенант забрал к себе жену, работавшую учительницей начальных классов в одной из городских школ.

— Я в школу не вернусь! — тихим печальным голосом говорила молодая женщина. — Лозунги развесили: «Да здравствует великий могучий киргизский язык!» Может, и Тургенев — киргиз по национальности?

— Перемелется! — успокаивал ее муж. — Киргизы самые спокойные люди, в них нет жестокости. Это их взбаламутили, натравили на узбеков и русских…

— А, ты всадников с перекошенными рожами видел? — в ярости кричала учительница. — Сторожа школьного у собственного дома заметили… Сидел на скамеечке перед калиткой… Старик награды военные нацепил, думал, пощадят ветерана. Подскочили к деду. «Ветеран? — спрашивают. — А почему не инвалид?» Распяли на скамейке, вожжами привязали и ножовкой ногу отпилили! Не жестокие? Собирать манатки надо и мотать отсюда! Пусть без нас вторую Южную Корею обустраивают…

Солдаты лейтенанта Кучаева бездельничали и воровали по-черному. Молодой командир палец о палец не ударил, чтобы хоть как-то изменить положение. Он всего год как закончил Сумское училише. Лейтенант и представить не мог, в какую дыру его засунут.

— Ну правильно, батя-то мой не генерал… — сокрушенно вздыхал вчерашний курсант.

Он с облегчением передал бразды правления Святому и посвятил всего себя своей несчастной жене, которую очень любил.

«В принципе он правильно поступает! — думал Святой. — Никому мы не нужны, кроме родных. Выжмут человека как лимон и выбросят! Так всегда у нас было, веками… Что за страна!»

— БРДМ поставьте на подъездной дороге и у холмов! — распорядился взводный, обходя с сержантом свои новые владения.

— Пульнуть можно? — спросил Голубев и стал осматривать невеселый пейзаж.