Дюймовочка и Великан

А как вас величать, милая леди? Не Аленушка ли, случайно?

Из-за стола поднялся невысокий пожилой мужчина и, задав вопрос, усмехнулся. Ветровой показалось, что она его где-то видела, даже память напрягла, прижимая к себе прихваченного в качестве трофея Самсона.

— Нет, я Елизавета.

— Очень… очень приятно, прошу к столу, Тамара Павловна сегодня нас угощает пирогами с капустой, а у нее пироги всегда отменные.

— Ильич, угомонись, а то сахар подскочит, нечего так волноваться. Не в ее возрасте и вкусе ты.

— Ой, ты как что скажешь, Томочка. А мы вас, Елизавета, уже в рецидивисты записали, вот, сидели думали, что с вами делать.

— И? Что надумали?

Точно, это Ленин, как Лиза могла забыть вождя пролетариата, о котором рассказывали в школе? Точно, это он, точнее, похож.

— Пока ничего, ваша судьба, так сказать, в подвешенном состоянии.

— Мне надо только позвонить, за мной приедут, и я вас не буду обременять. А вы звонили, как я вас просила, Егору?

— Егору? Тома? Она знает Егора?

— Не знаю я, чего и кого она там знает, давай ужинать, голова от вас болит. И выпить надо, за здоровье не усопшего участкового.

На столе появилась бутылка без этикетки с прозрачной жидкостью, Лиза, недолго думая, взяла кусок пирога, откусила, было очень вкусно. И если сейчас она немного расслабится, немного выпьет за здоровье участкового, в этом же не будет ничего дурного?

Куда уже хуже? То, что происходит в жизни, Ветровой тянет на детективный роман с элементами откровенной эротики.

А нервы расслабить надо, к тому же вроде все безобидные. Но если что — Самсон под рукой.

Глава 36

— Я не понимаю, что происходит, что все эти люди делают в моем доме?

— Поступило обращение, что вы удерживаете человека.

— Я удерживаю человека? Что за глупости вы говорите? Я вообще, знаете, кто? Вы понимаете, с кем разговариваете? Я уважаемый человек в городе, я знаю много влиятельных людей!

Кирилл Юрьевич жутко боялся, но делал вид, что зол. Все эти люди в камуфляже с автоматами в его доме, в его гнездышке любви и уюта, натоптали, наследили, осквернили. А еще обвиняют его в страшных вещах.

Да, это был он, но признаваться в этом Семенихин, естественно, не собирался. Лиза сбежала во второй раз, и третьего не будет, эта девушка приносит только беды. Он не собирается насильно дарить подарки, которых она недостойна.

Это он должен написать на нее заявление о причинении тяжкого вреда здоровью. Только подумать — ударила по голове! А если у него вообще там сейчас разрастается гематома, которая перерастет в опухоль? От этих мыслей даже голова закружилась и затошнило. Кирилл Юрьевич схватился за голову, простонал.

Около него на кухне стояли два человека в камуфляже с автоматами и третий — тот самый, бородатый, здоровый, который ввалился в его спальню и начал угрожать.