Тайны мадам Дюбуа

И тут же наткнулась на стюарда, господина Коля:

– Прошу, оставайтесь в каюте, мадам Дюбуа! – пытаясь быть твердым, парнишка немедленно мне воспрепятствовал.

– Что-то случилось?

– Простите, мадам, мне не велено говорить. Оставайтесь в каюте.

Стюард разрывался между мною и Кохами, которые тоже пытались выйти. А со стороны лестницы слышались шум, беготня и взволнованные голоса членов экипажа."

"Не став пока спорить, я захлопнула дверь и первым делом бросилась в спальню, а оттуда – к иллюминатору. Отворила и, насколько смогла, высунулась из узкого окошка. Ветер немедленно растрепал прическу, но это меня не волновало, потому что взгляд тотчас застал картину, от которой я в голос ахнула и закрыла руками рот.

Безумными глазами я следила, как из шлюпки, спущенной на воду, канатами поднимают на борт нечто тяжелое и вытянутое, укутанное тканью, но все равно напоминающее очертания человеческого тела…

Опасения экипажа оправдались: кто-то и впрямь упал за борт.

– Ева… – пробормотала я и, не помня себя, бросилась сначала в гостиную, а потом к двери.

Стюард как раз толковал что-то господам Кох, и путь мой к лестнице был свободен – чем я, не сомневаясь, и воспользовалась. Не слыша окриков, взбежала по лестнице, потом выбралась на палубу и, держась за ограждения, отчаянно принялась высматривать мужа или хоть кого-то, кого знаю.

И тотчас увидела, к полной своей неожиданности Еву Райс!

Живую и невредимую.

Ева, взволнованная не меньше меня, с тем самым газовым шарфом на плечах, завязанным на груди, тоже увидела меня и взмахнула рукой. А подле нее был господин Муратов, козырьком приложивший ладонь ко лбу и разглядывающий тех, кто поднимал ужасную находку на палубу.

– Боже мой, Ева, как же я рада вас видеть! – в порыве я крепко обняла девушку, благодаря Небо, что погибла не она.

Быть может, и вовсе зря я навела панику, и там вовсе не человеческое тело.

Но сомнения развеял месье Муратов:

– Я говорил с экипажем только что, – сообщил он нервно и возбужденно, – в море нашли труп. Всплывший уж, неподалеку от парохода. Должно быть, в бурю кто-то поднялся таки на палубу, его и смыло волной…

– Кто это, известно? – спросила я.

– Пока нет. Экипаж озабочен страшно, никто не желает говорить.

– Думаю, это женщина, – неожиданно и для меня, и для Муратова заявила Ева. – Я слышала, кто-то говорил, что на винт намотало женский то ли шарф, то ли вуаль. Серого или синего цвета, кажется.

– Или голубого? – пробормотала я.

– Или голубого, – пожала плечами Ева.

Мои собеседники ничего не заметили, а у меня едва ноги не подкосились. Именно сейчас я отчетливо вспомнила, что у меня пропала голубая газовая вуаль, моя любимая. Пару дней назад. Бланш никогда не брала мои вещи, она исключительно порядочная девушка.