Дьявольский коктейль

Шахта ван Хурена находилась на противоположном конце городка. За нами приехал небольшой автобус. Городок был чистенький, современный, выстроенный по линеечке. Ряды ярких квадратных домиков и целые акры супермаркетов со стеклянными стенами. Казалось, городок только что достали из гигиеничной вакуумной упаковки. Настоящая живая кровь билась глубоко под землей."

"На первый взгляд шахта казалась скоплением огромных грязно-белых конусов. На вершину одного из них вела железнодорожная ветка. Подъехав ближе, мы увидели подъемник над входом в шахту, кучку административных зданий, общежитие для шахтеров и десятки декоративных финиковых пальм. Невысокие деревца весело шелестели перистыми листьями, изо всех сил стараясь оживить угрюмый индустриальный пейзаж - словно лопату завернули в подарочную упаковку и перевязали цветной ленточкой.

Ван Хурен с улыбкой извинился за то, что не может спуститься в шахту вместе с нами: у него все утро расписано по минутам.

- Увидимся за ленчем! - пообещал он. - И как следует выпьем. Вам это не помешает!

Гидом, которого назначил нам какой-то менеджер на пару рангов ниже самого ван Хурена, был раздражительный молодой африканер. Он сообщил нам, что его зовут Питер Лозенвольдт и что он горный инженер, а также дал понять, что показывать нам шахту ему неприятно, что его оторвали от работы и вообще это ниже его достоинства.

Он провел нас в раздевалку, где мы должны были сменить свои костюмы на одинаковые белые комбинезоны, тяжелые башмаки и высокие каски.

- Не берите с собой в шахту ничего своего, кроме трусов и носовых платков, - распорядился Лозенвольдт. - Никаких камер! - указал он на аппаратуру, которую приволок с собой Конрад. - Вспышки опасны. Никаких спичек. Никаких зажигалок. Если я говорю нельзя, значит, нельзя.

- А бумажники как же? - вызывающе осведомился Данило. Он был раздражен и не скрывал этого.

Лозенвольдт посмотрел на него и увидел перед собой более красивого, более богатого и, очевидно, куда более приятного человека, чем он сам. Это не улучшило расположения его духа.

- Оставьте все, - сердито сказал он. - Помещение запрут. Все ваши вещи будут в целости и сохранности.

Пока мы переодевались, он ушел и вскоре вернулся в таком же снаряжении, как и у нас.

- Готовы? Хорошо. Значит, так: мы должны спуститься на глубину четыре тысячи футов. Подъемник движется со скоростью две тысячи восемьсот футов в минуту. Под землей жарко. Каждый, кто ощутит приступ клаустрофобии или почувствует себя плохо, должен немедленно попросить, чтобы его вернули на поверхность. Понятно?

Мы угрюмо кивнули.

Лозенвольдт внезапно уставился на меня, задумался, потом, поджав губы, покачал головой. Развеять его сомнения никто не потрудился.

- Ваши фонари на столе. Пожалуйста, наденьте их на каски.