Укротить дьявола

Пока мы не поругались, надо максимально вытащить из него сведения. Я должна. Обязана!

Во-первых, Лео сбежит за границу, если не появится реальный подозреваемый.

Во-вторых, маньяк охотится и за мной…

Боже, он преследует меня! Вот! Я признала! Мне полный трындец, если не выясню, что это за тварь. Кровавый Фантом… идиотская кличка.

А вдруг все-таки Стелла? Почему нет? Когда я в прошлом году спросила ее, была ли она Кровавой Мэри, Стелла ничего не ответила. Лишь некоторые улики тогда указывали на нее, но что мешало ей купить себе свободу благодаря деньгам и связям? За решетку отправили другого человека. Стелла оставила убийства, а потом сделала киллера из Евы. К слову… маньяком может быть и Ева, да.

«Знаешь, это прекрасно. Столько лет никто не мог заподозрить в убийствах девушку», – так она сказала, приставив гребаный пистолет к моему лбу.

И она бы убила меня, не явись Лео на помощь. Ненавижу эту семейку!

Ненавижу!

Перед глазами все как-то странно плывет. Меня будто ударили по голове. Ноги ватные, руки дрожат… кажется, я перенервничала.

Брызгаю в лицо холодной водой.

Но становится хуже.

Дыхание учащается. Мне дурно. Я едва не падаю!

Телефон в кармане начинает вибрировать. Я стараюсь свести в фокус цифры на экране. Незнакомый номер. В голове миллион мыслей о маньяке, о его угрозах, но я на автопилоте, плавая разумом в сумрачном мире, отвечаю на звонок, ожидая услышать звуки самой преисподней, однако раздается усталый голос Лео:

– Эми, нам нужно поговорить.

– О чем? – выдавливаю я.

Какое-то время Лео молчит, затем настороженно спрашивает:

– Что с тобой?"

"– Вино, – хмыкаю, с трудом осознавая, что разговариваю, как пьяная.

– Дьявол, сколько ты выпила?

– Мм… не знаю… отстань…

– Не смей класть трубку! – рычит он, но мне плевать.

Сбрасываю звонок.

Я выхожу из уборной, едва ли понимая, что делаю. Кажется, что весь зал слился, превратившись в одно существо, каждая колонна стала лапами, а окна глазами, и этот жуткий монстр шевелится, пыхтит и проглатывает меня.

В моей голове случился какой-то страшный апокалипсис.

Кто-то берет меня под руку. Когда прохладный осенний воздух бьет в лицо, я слышу голос Фурсы. Следователь усаживает меня в автомобиль.

Господи, что происходит?

Я в галлюциногенной прострации.

– Мой тебе совет, красотка, – звучит голос Фурсы отдаленно. – Лучше надевай на себя прослушку. Диктофон – это умора.

Я чувствую, как его рука скользит по бедру, забирается под платье, но я не поворачиваюсь, чтобы ударить его за наглость. Я не могу…

Моя неподъемная голова лежит на спинке сиденья. Я смотрю в окно. Мимо проплывают огни ночного города, поглощенные густым туманом.

– Ты мне что-то подсыпал, – выговариваю дрожащими губами.

В салоне играет джаз.