БЕСстрашная помощница для Дьявола

— Можно мне домой? Я все сделала.

В следующее мгновение я оказалась лежащей под Крамером. Вот это точно был бросок хищника к жертве.

Меня обдало коньячными парами.

А-а-а!

Начальник обнял меня, словно плюшевую игрушку, и продолжил спать.

Нормально да?

Ситуация, вместо того чтобы разрешиться, становится все хуже и хуже.

— Давид Матвеевич, пустите. Шеф!!! Проснитесь! Иначе я за себя не ручаюсь.

Босс открыл глаза, но лучше бы этого не делал. Этот взгляд. Опасный, властный. На меня словно смотрят две черные голодные бездны. Так страшно мне еще никогда не было.

Взгляд долгий, оценивающий. Показалось, что в этот момент решается моя судьба. Жить мне, или умереть. Ну или я преувеличиваю с перепуга.

— Ваш вопрос я рассмотрю завтра, а пока мне не мешайте, — произнес Давид, закрыл глаза, и продолжил спать.

Выдохнула. Все время, что Крамер на меня смотрел, не дышала.

Вдохнула полной грудью…

Фу, пьянь. Аромат коньяка очень уж стойкий, хотя и немного приятный.

Так, ну что? Будить Крамера больше не буду, с трезвым-то шефом это делать чревато, а уж с таким, тем более.

Пока остается только ждать, пока Давид уснет покрепче, слезет с меня, а потом, когда освобожусь, буду думать, как выбираться. Может, в окно. На какой там этаж мы поднялись? Кажется третий.

М-да. Вот попала.

Проходит одна минута, вторая, третья. На наручные часы смотрю, как на спасительный круг, но пока время мне не помогает.

Секунда проходит за секундой. От нечего делать и пользуясь возможностью, пристально рассматриваю спящего Давида. Вот небольшой, почти незаметный шрамик почти рядом с виском. Так, а это что? Седина на висках? Нет, показалось. Свет неудачно падает. У, какие у шефа ресницы длинные, прямо завидно. Про профиль молчу, можно смотреть и смотреть. И губы красивые, но это уже давно заметила.

Отвернулась. Неправильно я как-то отвлекаюсь. Не буду смотреть на босса.

Собственно, не смотрю, но особо это не помогает. Неожиданно остро ощущаю аромат Крамера — смешение запахов дорогого коньяка и наверняка не менее дорогого парфюма, и чего-то еще такого неуловимо терпкого, мужского. Помимо всего прочего, прекрасно ощущаю Давида физически — трудно не ощутить, когда тебя придавила сверху такая туша.

Еще через несколько минут поймала себя на том, что чувствую, как размеренно стучит сердце босса, его спокойное, глубоко дыхание. Невольно начинаю дышать в такт, глаза слипаются, но уснуть мне не дает беспокойство о собственной судьбе и то что в комнате горит свет. Как-то не привыкла я со светом спать.

И опять это мучительное тянущееся время. Зеваю все сильнее, периодически пытаясь выбраться из-под Крамера или перевернуть его. Не получается. Давид и вправду большой и тяжеленный, и я, даже с лишним полутора килограммами, рядом с ним просто малютка.