Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая

Его отец, Алехандро старший, один из бывших премьер-министров и, как прогнозирует мой отец, может стать следующим. Кстати, их летняя резиденция в том же комплексе. Через три виллы от нашей.

— Понятно, — кивнула я, а про себя подумала, что меня ждет знакомство с золотой молодежью, что совсем не радовало, учитывая их избалованность вседозволенностью.

— Ой, посмотри, а это ветряные мельницы, красиво, правда? — отвлекла меня от мыслей Палома и я, переведя взгляд, чуть не ахнула.

Передо мной раскинулось зеленое пространство, усыпанное несметным количеством огромных белых ветрогенераторов и напоминающее ромашковое поле в футуристическом стиле.

— Чувствую себя современным Дон Кихотом, — улыбнулась я.

Тарифа нас встретила сильным теплым ветром, который тут же начал играть с моими волосами, несмотря на то, что я их закрутила в тугой узел на макушке.

Я бросила взгляд в сторону пляжа и улыбнулась — все небо над морем было усыпано маленькими парашютиками-кайтами, и на фоне яркой голубизны они смотрелись, как цветные шарики на дне рождения.

Как и говорила Палома, высоких волн не было — лишь ветер пытался заигрывать с океаном, поднимая белую пену и зернистую рябь на покрывале Соляриса.

— Наши уже на месте, — кивнула Палома в сторону ряда машин, а сзади ко мне уже подходил Макартур — в шортах и футболке цвета хаки, готовый идти со мной на пляж.

Отобрав у Педро увесистый рюкзак со свернутым кайтом и борд, бунтарка Палома кивнула мне “пошли”, и я, улыбнувшись Макартуру, направилась к огромному тенту-шатру, разбитому на песке. Наши телохранители остались снаружи, а Палома, зайдя в угол, отгороженный сумками и досками ребят, сбросила одежду и начала натягивать поверх купальника гидрокостюм.

Я последовала ее примеру, и пока пыталась втиснутся в неопреновый комбинезон, рассматривала татуировку голубя на ее плече.

— Красивая тату, — улыбнулась я. — И как только тебе отец разрешил.

— Да-а-а, — протянула она. — Был скандал. Мы с папой не разговаривали несколько месяцев.

— Как помирились?

— Я сильно заболела. Отец прилетел из командировки и сразу в больницу. Я тогда посмотрела на его лицо. Изнуренное. И расплакалась. Так и помирились.

— Для тебя это тату было принципиально? — с интересом спросила я.

— Да нет. Глупость это все была, — усмехнулась она. — В знак протеста сделала. Я тогда с одним парнем встречалась. Отец был против. Говорил, что он альфонс и каброн*. Как оказалось, был прав. Мы вместе с этим придурком учились.

— Где ты учишься?

— На биофаке, — кивнула она, когда сзади подошла толпа ребят."

"Счастливые и мокрые от морской волны они начали здороваться с Паломой, обнимая и целуя ее. Ребят — и парней, и девушек — было не менее восьми человек, не считая тех, кто в это время кружился на кайтах.