Адвокат дьявола

Кевин сел, заметив, что стул его поставлен посередине комнаты, и, видимо, недаром. Слева сидел Брайен Карлтон, справа Гарт Сесслер. Прямо перед ним находился стол, за которым восседал хозяин кабинета, Санфорд Бойл. ""Это засада"". – Он мысленно хихикнул.

– Кевин, – начал Санфорд, старший из них – Брайену Карлтону было сорок восемь, Гарту Сесслеру пятьдесят лет – и в нем возраст проявился наиболее заметно. У него был апатичный взгляд человека, который не выходит из дома дальше собственной лужайки, да и то только для того, чтобы отнести мусор к машине. Он был почти лыс, кожа на щеках отвисла, и двойной подбородок колыхался как студень, когда он говорил: – Вы помните наш разговор в отношении этого дела.

– Конечно. – Кевин перевел взгляд на второго, а потом и на третьего коллегу. Они сидели точно триумвират строгих и неподкупных судей в пуританском судилище. Лица – как у каменных изваяний. Кевина посетило чувство, будто он оказался в музее, а не в рабочем кабинете адвоката.

– Мы... – подчеркнул это слово Санфорд, – считаем, что вы вели себя на этом процессе безукоризненно – с точки зрения адвокатского профессионализма. Точно и хлестко. Возможно, даже слишком.

– Простите?

– Вы практически выбили признание из этой девочки.

– Я делал лишь то, что должен был сделать. Я исполнял свой профессиональный долг, – сказал Кевин, откидываясь на спинку стула. Он с улыбкой взглянул на Брайена Карлтона. Высокий худощавый мужчина также откинулся в кресле, топорща усы и постукивая кончиками пальцев скрещенных на груди рук. Гарт Сесслер выбивал такую же дробь на спинке стула.

До чего же они омерзительны, вдруг пришло в голову Кевину. Когда-то он верил в них, подражал им, мечтал стать таким же. А они были не более чем профессиональными машинами судопроизводства. Все их действия, их реакции продиктованы логикой и лишены каких бы то ни было эмоций.

– Вы уже, наверное, знаете, какой шум пошел по всему городу. Мы все выходные провисели на телефонах. Клиенты, друзья... – Бойл махнул ладонью перед лицом, будто отгоняя назойливых мух. – На самом деле, почти такой реакции мы и ожидали. Наши клиенты, на которых держится наше благосостояние, в основном недовольны нашей позицией в деле Уилсон.

– Нашей позицией? Разве им не приходилось слышать о невинных людях, которых засудили на процессе лишь потому, что рядом не оказалось толкового защитника? Я защищал Уилсон, и ее оправдали.

– Ее не оправдали, – сообщил Брайен Карлтон, саркастически вздернув рыжеватый ус. – Просто вы загнали ребенка в капкан, заставив признаться в том, что она отчасти солгала.

– Что по сути одно и то же, – отозвался Кевин.

– Едва ли, – сказал Брайен. – Впрочем, не удивлюсь, если вы действительно не видите разницы.