Дьявол зимой

– Стоило мне отлучиться на два часа в тихое воскресное утро, чтобы в этом чертовом месте все пошло вверх дном...

– Эви все объяснит, – перебил его Кэм, устремив взгляд поверх плеча Себастьяна, словно что-то во дворе конюшни привлекло его внимание. – Прошу прощения, мне надо заняться одним делом. – Он легко перепрыгнул через невысокую ограду и исчез в толпе.

Глава 12

Кэм настиг Джосса Булларда возле конюшни. Тот тяжело дышал, раздувая ноздри и сверкая белками глаз. Они никогда не были друзьями. Их отношения можно было сравнить с соперничеством сводных братьев, живущих под одной крышей, с Дженнером в качестве отца. В детстве они играли и дрались друг с другом, а когда повзрослели, стали работать вместе. После всего, что Дженнер сделал для Булларда, Кэм никак не ожидал, что тот способен на подобный поступок. Недоумение и ярость смешались, когда он преградил путь Булларду.

– Я не знаю, почему ты так поступил, – начал Кэм, или чего ты рассчитывал добиться этим...

– Мне заплатили соверен, – огрызнулся Буллард. – Неплохие деньги, чтобы избавиться от полоумной заики.

– Ты что, совсем рехнулся?! – взорвался Кэм. – Что с тобой? Мы же говорим о дочери Дженнера. Ты не должен был предавать ее, даже если бы тебе предложили целое состояние!

– Она ничего не сделала для Дженнера, – злобно отозвался Буллард, – и для клуба тоже. Однако явилась сюда в последнюю минуту, чтобы дождаться, когда он откинет копыта, и захапать все. Черт бы побрал эту высокомерную дочку и ее муженька!

Кэм внимательно слушал, но не мог понять причину ревности Булларда. Цыгане редко завидовали чужой собственности. С их точки зрения, деньги годились лишь для того, чтобы их тратить. В таборе, с которым Кэм путешествовал до двенадцати лет, никто не стремился иметь больше, чем было необходимо. Человек не может надеть более одного костюма или скакать сразу на двух лошадях.

– Она единственный ребенок Дженнера, – сказал он. – Что бы тот ни оставил ей, это не касается ни тебя, ни меня. Но нет ничего хуже, чем предать доверие того, кто на тебя рассчитывает. Я не понимаю, как ты мог согласиться помочь кому-то насильно увезти...

– Я бы сделал это снова! – буркнул Буллард, сплюнув на землю.

От пристального взгляда Кэма не ускользнуло, что он неважно выглядит. Лицо было бледным и изможденным, взгляд тусклым.

– Ты не заболел? – мягко спросил он. – Я поговорю с Сент-Винсентом. Может, мне удастся...

– Да пошел ты! Я рад, что избавился от тебя, цыганское отродье. Пропади вы все пропадом!"

"Неистовая ненависть, прозвучавшая в его голосе, не оставляла места для сомнений. Буллард не собирался возвращаться назад.