Дьявол зимой

– Лежи спокойно. Тебе ничего не нужно делать. Позволь мне позаботиться обо всем. Впрочем, ты тоже можешь трогать меня... да, вот так. – Он издал довольное урчание, когда ее дрожащие пальцы прошлись по его волосам, затылку и плечам.

Он скользнул ниже, и Эви поняла, что его лицо находится на уровне треугольника ярко-рыжих завитков внизу ее живота. Смущенная, она попыталась прикрыться рукой.

– Не надо, – прошептал он с улыбкой в голосе. – Чем больше ты таишь от меня, тем больше я этого хочу. Боюсь, ты пробуждаешь во мне самые сладострастные идеи. Так что лучше убери руку, дорогая, пока я не придумал что-нибудь действительно шокирующее. – Ее дрожащая рука исчезла. – Молодец, слушайся своего мужа, – вкрадчиво прошептал он, теребя кончиками пальцев мягкие завитки, – особенно в постели. Раздвинь ноги, дорогая. Я хочу коснуться тебя внутри. Ты так прекрасна. Не бойся. Тебе станет легче, если я поцелую тебя там? Не шевелись...

Эви всхлипнула, когда его губы коснулись рыжих завитков. Почувствовав, что его длинные пальцы проникли внутрь, она дернулась от неожиданности, и Сент-Винсент тут же убрал руку.

Нашептывая успокаивающие слова, он снова скользнул пальцем в ее лоно, на этот раз глубже.

– Какая сладостная невинность, – шепнул он, медленно поглаживая ее чувствительную плоть. Эви старалась не шевелиться, но не смогла сдержать стонов. – Что, по-твоему, произойдет, – лениво поинтересовался он, – если я буду продолжать в том же духе?

Их взгляды встретились поверх трепещущей плоскости ее живота. Эви горела как в огне, но он, казалось, ждал ответа, и она, задыхаясь, произнесла:

– Не знаю.

– Тогда попробуем узнать, хорошо?

Эви с изумлением наблюдала, как он приник губами к островку рыжих завитков. Сердце ее бешено забилось, и она запрокинула голову, когда его язык начал возбуждающий танец, дразня ее сокровенную плоть. Наслаждение накатывало на нее волнами, пока она не выгнулась под ним и не вскрикнула, содрогаясь с ног до головы.

Она чувствовала себя пьяной от слабости и физического восторга. Не в состоянии управлять своим телом, она не противилась, когда он перевернул ее на живот. Скользнув рукой между ее бедрами, он снова проник в нее пальцами. К своему стыду, Эви ощутила влагу между ног, но Сент-Винсент, казалось, пришел в восторг, целуя и покусывая ее шею.

Она чувствовала его возбуждение. Со слов Аннабеллы она знала, что происходит с мужским телом во время любовного акта. Но Аннабелла ничего не говорила о сотне других вещей, которые превращали этот физический акт в таинство, преображавшее душу.

Склонившись над ней, Сент-Винсент дразнил и ласкал ее до тех пор, пока ее бедра не пришли в движение, прижимаясь к его руке."

"– Я хочу быть в тебе, – прошептал он. – Я буду нежен, любовь моя... позволь мне перевернуть тебя.