Дьявол во плоти

Сомневаюсь, что леди захотела бы увидеть, как такой громила, как я, бегает здесь в чём мать родила.

Как мало он знает о леди.

Макрей накачал в кувшин ещё воды и отнёс его в спальню.

Меррит наклонилась, подняла кухонное полотенце и попыталась вытереть лужи на полу. Из соседней комнаты до неё долетали разнообразные звуки: позвякивание фарфорового таза, плеск воды и шуршание губки по обнажённому телу. Воображение разыгралось. Она попыталась отвлечься уборкой на кухне.

— Где остановились ваши люди? — в конце концов, спросила она, отжимая промокшее полотенце.

— В таверне на берегу, — последовал его ответ.

— Может быть, попросить кого-нибудь отнести туда их вещи?

— Нет, они сами их забрали, когда баржа пришвартовалась, и поужинали в пабе. Они были голодны как волки.

— А вы? — Она потянулась к занавескам на окне рядом с раковиной, чтобы их задёрнуть. — Ели что-нибудь?

— Я могу подождать до завтра.

Меррит как раз собиралась ответить, но вдруг замерла, её рука повисла в воздухе. Окно располагалось таким образом, что в нём поразительно чётко отражался вход в соседнюю комнату.

И в этом отражении возник пересекающий спальню обнажённый Кир Макрей.

Меррит бросило сначала в жар, потом в холод, она не могла оторвать от него взгляд. В этот момент он наклонился, чтобы достать пару брюк из кожаного сундука. Его движения были лёгкими и грациозными, но в них таилась скрытая сила, а его тело…

— Вы собираетесь работать всю ночь, вообще ничего не съев? — заворожённо спросила она.

…из сплошных туго сплетённых мышц и сухожилий…"

"— Справлюсь, — ответил он.

…было великолепно. Фантазия, которая стала явью. И как раз перед тем, как он застегнул брюки, Меррит успела заметить, что природа его щедро одарила.

О, как не стыдно пялиться на голого мужчину. Неужели у неё напрочь отсутствует достоинство? Порядочность? Нужно остановиться, пока он её не поймал. С трудом отводя взгляд, она изо всех сил старалась не упустить нить разговора.

— Вы будете работать куда продуктивнее на сытый желудок, — крикнула она.

— У меня нет времени бездельничать в пабе, — донёсся приглушённый ответ из соседней комнаты.

Взгляд Меррит метнулся обратно к отражению в окне. Она ничего не могла с собой поделать.

Макрей натягивал через голову рубашку и просовывал руки в рукава, на его торсе перекатывались мощные мышцы. Это было тело человека, который привык работать на износ.

За последние годы с Меррит не случалось ничего более интересного и волнующего. А, возможно, и за всю её взрослую жизнь. До замужества она была слишком застенчивой, чтобы наслаждаться подобным зрелищем. Но теперь, как вдова, чья постель пустовала… Рассматривая обнажённое тело Кира Макрея, Меррит болезненно осознавала, чего лишилась после смерти мужа.