Дьявол весной (ЛП)

И почувствовала, что он улыбается, уткнувшись ей в плечо.

Глава 16

– Я никогда не проводила столько времени в постели, – сказала Пандора четыре дня спустя, когда поздний утренний свет пробился сквозь щёлочку в занавесях. – Даже когда болела. – Помимо нескольких выходов на улицу: на пешеходную экскурсию к древним саксонским статуям и на чай, в сад отеля, они оставались в уединении своего номера. – Мне нужно заняться чем-то продуктивным.

Ленивая мужская рука обхватила её под грудью, прижимая спину Пандоры к мощному, волосатому торсу. Около её ушка прозвучал бархатистый голос Габриэля:

– Я, например, был исключительно продуктивным.

– Я имела в виду чем-то полезным.

– Ты была полезной, – его ладонь прошлась по её обнажённому бедру.

– Делая что?

– Удовлетворяя мои потребности.

– Вероятно, не слишком хорошо, в противном случае мне бы не пришлось продолжать это делать, – Пандора начала отползать, будто пытаясь покинуть кровать, и захихикала, когда на неё набросился Габриэль.

– Ты слишком хорошо справляешься, и я хочу тебя только сильнее, – муж навис над ней, пригвоздив к месту. Он приблизил рот к её плечику и нежно его прикусил. – Ты свела меня с ума своим сладким ртом и ловкими ручками... красивой спиной... и ногами...

– Тебе необходимо хобби, – строго сказала Пандора, почувствовав его возбуждённую плоть, упирающуюся в её ягодицы. – Ты не пытался писать стихи? Строить корабль в бутылке?

– Ты - моё хобби.

Он прижался губами к её шее сзади, сделав открытие, что это особенно чувствительное местечко.

Габриэль был нежным и страстным любовником, с безжалостным терпением он исследовал каждый сантиметр её тела. Учил медленно подогревать предвкушение и бесконечным способам обострять желание. В течение томных часов он дарил ей разнообразные эротические ощущения, пока её не захлёстывали трепещущие волны удовольствия. А иногда он притворялся грубым и дерзким, поддразнивая жену и доводя до неистовства, а потом удовлетворял, глубоко и властно в неё вонзаясь. После она всегда чувствовала себя немного не в себе, её захлёстывала эйфория и волнение, но он обнимал и ласкал Пандору до тех пор, пока она не расслаблялась и не погружалась в сон без сновидений. Она никогда в жизни не спала всю ночь напролёт до позднего утра.

Когда наступал вечер, они заказывали ужин в номер. Пара стюардов в бесшумной обуви заходили в гостиную, покрывали круглый стол белоснежной скатертью и расставляли серебряные столовые приборы и фарфоровую и хрустальную посуду. На столах также имелись маленькие мисочки с водой, увенчанные безупречной веточкой лимонной вербены для омовения пальцев между блюдами.