Дьявол кроется в мелочах

Поверить, что Денис домогался другую женщину, а потом, не получив желаемого, убил ее, она бы не смогла. А если бы все доказательства были против него? Как пережить подобное? Нет, уж лучше смерть, которую приготовил для нее этот мужчина с безжалостными глазами.

Глава девятая

Светлана уже рассказала все, что знала, и Лаврецкий, сжалившись над несчастной страдалицей, отпустил ее восвояси, предупредив, что дать показания в полиции все же придется.

— Наверное, надо позвонить тому полковнику, который к тебе приезжал, — сказал он Соне. — Или ты все-таки считаешь, что надо подождать Настю?

— Можно и не ждать, — рассеянно ответила Соня.

Информация о том, что пожар в ее квартире устроен вечно недовольной секретаршей из приемной Феодосия, принесла и облегчение, и неприятный осадок одновременно.

Облегчение было вызвано тем, что поджог был никак не связан с убийством профессора Ровенского, а также пониманием, что больше ей и ее квартире ничего не угрожает. Осадок — осознанием того, что эта молодая женщина с толстыми ляжками, накачанными губами и упругой грудью была любовницей Феодосия, и в этом крылось что-то неизбывно пошлое. А Феодосий до этого момента никак не ассоциировался у нее с пошлостью.

— Мужчины примитивны, и я не исключение, — сказал он, словно прочитав ее мысли. — Мы берем то, что легко идет в руки. Но ценим только то, что нам приходится завоевывать. Соня, я — мужчина, и я уже несколько лет живу один. У меня были женщины. Много. В основном такие, как Светка, не заставляющие думать и чувствовать. Но это в прошлом, потому что сейчас у меня есть ты, и я никогда не рискну тебя потерять.

— Я не ревную, — тихо сказала Соня. — Это глупо — ревновать к прошлому. Мне просто неприятно, но я это переживу.

— Я виноват в том, что случилось в твоей квартире.

Соня махнула рукой, давая понять: «все, проехали».

— Наверное, надо позвонить Бунину, — сказала она, чтобы закрыть неприятную тему. — Он оставил мне свой телефон. Давай не будем ждать Настю. Мне кажется, что это очень серьезно.

Она достала телефон и начала рыться в записной книжке, но набрать номер не успела.

Дверь кабинета распахнулась, и в него ввалился взъерошенный Денис, одетый в джинсы и поварскую куртку, которую никогда не носил за пределами ресторанной кухни. Выглядел он так дико, что Лаврецкий моментально встревожился.

— Что случилось, Денис? — спросил он.

— Настя пропала, — ответил тот и скривил рот, словно сдерживая рвущиеся изнутри рыдания. — Она должна была прийти на мой мастер-класс и не пришла. Сначала я не встревожился, потому что у нее вполне могли поменяться планы, тем более что она не увлекается готовкой. Но потом Соня позвонила и попросила ее найти, потому что у Насти не отвечал телефон.